FOTCM Logo
Cassiopaea Русский
  • EN
  • FR
  • DE
  • RU
  • TR
  • ES
  • ES

Волна – Глава 27: Раздетый до костей

Поддержите нас и купите первый и второй томы Волны в мягком переплёте:


Новый перевод. Обновлено: 05.10.2020

Шаманское посвящение рыцарей: эксперты экстаза

Читателю может показаться, что я очень сильно акцентировала своё внимание на концепции о том, что люди спят, и что им почти невозможно пробудиться. У некоторых из вас это, возможно, вызовет чувство отчаяния или беспомощности. Некоторые из вас уверены, что ответ заключается в любви, и что все будут спасены (подразумевая, что кто-то проклят), если все просто будут любить, и поэтому нам в любом случае не нужно об этом беспокоиться. Другие, скорее всего, категорически отвергнут такую идею. И третьи будут определённо уверены в том, что не спят.

В общем смысле, почти для всех, включая вашу покорную слугу, сама идея путешествия во времени, гиперпространственных существ, захватывающих разум и обладающих полной властью создавать и поддерживать реальность иллюзий и ограничений, в которых мы заключены, как овцы, ежедневно ожидающие, кого из нашего числа возьмут следующим за шерсть, шкуру или плоть, настолько ужасна, что принятие её как реальной возможности равносильно лишению всех надежд, мечтаний и комфорта.

Как и многие из вас, я начала эту работу, полная разочарования в учениях, которые просто не работают или не имеют смысла в сравнении с честным наблюдением за реальностью и опытом. Везде, где бы я ни искала, был такой лабиринт противоречий, и я знала, что необходимо выйти за пределы всего, что было до сих пор известно или испробовано. У меня действительно была идея, что эти знания были доступны в древние времена, судя по свидетельствам мегалитов и других непонятных строений по всему миру, но было неясно, возможно ли снова открыть этот путь.

Было совершенно ясно, что существует серьёзное несоответствие между наблюдаемой реальностью и некой более глубокой реальностью, из которой наша реальность, по-видимому, черпает часть своей формы и структуры. Но я также знала, что было нечто отделяющее «нас» от «их». И снова в поисках ответов я оказалась в лабиринте необоснованных предположений и несовместимых фактов. На все ваши вопросы о том, проверила ли я «тот» или «иной» источник, я отвечаю: «Да, проверила, и, скорее всего другие тоже». И я повторяю: когда вы прочтёте их все, вы обнаружите, как сказал Блез Паскаль:

…Я одинаково отверг бы и религию Магомета, и религию Китая, и религию древних римлян, и религию Египта — по той единственной причине, что ни одна из них не имеет больших свидетельств своей истинности, чем другая, ничего, что могло бы определить моё решение. У разума нет оснований предпочесть ту, а не иную. (Мысли, глава XI)

В список Паскаля можно было бы добавить сотню других источников. Все они приводят в лабиринт предположений и непримиримых «фактов».

Но когда кассиопеяне начали общаться и говорить вещи, действительно объяснявшие проблемы, с которыми я сталкивалась в науке, религии и философии — и эти вещи не входили в мои ожидания — я пришла в ярость от этой мрачной картины нашего бытия.

В предыдущие годы я уже проходила через подобный процесс, когда читала Гурджиева и Успенского. Тем не менее я не была готова к таким удручающим высказываниям кассиопеян.

Я отвергала идеи, согласно которым наши сказочные убеждения навязывались нам лишь для того, чтобы держать спящими и невежественными, потому что они мне тоже не нравились. С течением времени накапливались доказательства из других источников, и я метала громы и молнии от уроков моей личной жизни, выплакав целую реку слёз из-за потери моей наивности. Поэтому поверьте мне: когда я говорю тем, кто пишет мне, изо всех сил пытаясь понять это, пытаясь рассуждать и рационализировать каким-то образом, чтобы удержаться за прежние ложные системы верований — я действительно это понимаю!

Но в конечном счёте, я думаю, что плакала ещё больше из-за всех тех лет, потраченных мной впустую в глупости и слепоте. Через некоторое время я поняла, что мы глупы и слепы лишь до тех пор, пока нам это необходимо — и ни секундой дольше. Я чрезвычайно благодарна за весь этот опыт, потому что он преподал мне очень глубокие уроки.

В учениях Гурджиева и Кастанеды присутствует нечто любопытное. Оба утверждают, что люди — это пища для чего-то «другого». Однако они оба опускают более подробную информацию об этом «другом». Да, Кастанеда идёт дальше Гурджиева, рассказывая нам историю о летуне или хищнике, но она всё ещё несколько расплывчата и аморфна.

Мы часто размышляли о том, знал ли Гурджиев правду в том виде, как её объяснили кассиопеяне, и просто не мог заставить себя никому рассказать о ней; или, если он действительно поведал её кому-то из своих учеников, знали ли о ней лишь посвящённые и утаивали её?

Мой муж Арк встретился с Анри Траколем, одним из учеников Гурджиева, в Марселе в июле 1986 года. Это была короткая встреча в ресторане аэропорта, длившаяся не более пары часов. Арка интересовало, может ли посещение такой школы, как парижский Фонд Гурджиева, стать полезным для собственного пробуждения. Он задал много вопросов, особенно касающихся идеи «поедания чем-то». Его оценка (хорошо обоснованная после многих лет работы учёным и преподавателем) реакции г-на Тракола на этот вопрос состояла в том, что он боялся отвечать.

По его воспоминаниям, г-н Траколь нервно огляделся, словно его могли подслушивать, хотя поблизости никого не было, и сделал расплывчатый намёк на «межпространственных существ».

Поскольку с момента этой встречи прошло более 15 лет, Арку трудно точно вспомнить, что было сказано, но записи в его дневнике в дни, последовавшие за встречей, отражают его направление мыслей в то время:

Марсель, 21 июля 1986 года

Я трансформатор энергии и преобразователь. В этом суть моего существования. Это моя единственная возможная цель. Я могу выбрать, служить этой цели или нет. Я могу служить только как трансформатор энергии. Так что, похоже, не имеет большого значения, что я делаю. Результат будет тот же самый.

Или я могу служить каналом. Это выбор между своеволием и дисциплиной. То, что делаю «я», то есть моя личность, это своеволие. То, что действует через меня, не есть своеволие. Поэтому я хочу признать, что то, что «может действовать через меня», не является моей собственной волей. Для этого мне нужно устранить своеволие. Но, не дай Бог, потерять при этом контроль!

Итак, я хочу устранить своеволие. Я хочу устранить идентификацию. Устранение идентификации — это самое важное. Я хочу помнить себя. Я хочу быть способным давать себе отчёт за каждый час моей жизни. Я хочу избавиться от своего горба. Перестать быть верблюдом.

Каким образом? Через устранение идентификации. Я хочу слушать. И внутренне обдумывать.

23 июля 1986 года

Весь этот мир — тщетность. Тщетность, которая пройдёт. Небо погибнет, Земля погибнет, деревья погибнут, и люди тоже. Пройдут человеческие устремления. Наука пройдёт. Всё, что удерживает меня вместе, пройдёт. Цели — на этом уровне — не существует. Ставить себе цель — на этом уровне — значит лгать самому себе.

Человечество, истина, знание — всё это пустые слова. Слова, окружённые бессмысленным страданием. Когда я говорю, что хочу «помочь человечеству» — это пустые слова. Когда я говорю «наука», «знание», «правда», «познание» — это фантомные слова.

Я трансформатор энергии и должен служить таковым. И это то, что мне под силу.

Где же выход?

Ничего не останется от того, что я делаю. С таким же успехом я мог бы вообще не существовать. Думать, что я «другой»? Что я «исключительный»? Что я могу сделать то, чего никому не удавалось сделать, но у меня получится, потому что мне повезёт? О Господи, как можно верить этим тщетным иллюзиям! Я умру, и ничего не останется. Ничего не получится. Ничего не останется. Никакая цель не будет достигнута. Только одна цель кажется возможной — когда конец будет близок, страдания будут настолько велики, что я уйду с облегчением.

Где же выход? Какой цели служат люди? Это же эксперимент! То, что берёт начало во мне, не в счёт. Единственное, что я могу сделать, это позволить чему-то более могущественному говорить через меня. Позволить чему-то более знающему говорить со мной и через меня. Позволить чему-то более могущественному действовать через меня. Позволить чему-то более могущественному использовать меня. Я просто оболочка, я машина. Я устройство. Я средство для достижения цели. Я возможность для чего-то более могущественного быть во мне и действовать через меня. Я место, которое ждёт, чтобы его заполнили. Я карета без кучера и без хозяина. Правда, есть мозг, члены тела, чувства. Но я всего лишь карета. Без кучера и хозяина. Личность, притворяющаяся, что у неё есть права. Личность, играющая роли — иногда кучера, иногда хозяина — личность, постоянно говорящая «я». Но я всего лишь карета, которая никуда не едет и обречена разбиться в какой-нибудь канаве.

Мои стремления, амбиции, желания — всё это принадлежит пустой карете и лошади, которые остались без контроля. Всё, что я делаю, ничего не значит. Всё, что я делаю, — это личность. А то, что исходит от личности, это балласт. Всё, что исходит от личности, это верблюжий горб.

Как пройти с горбом сквозь игольное ушко? Личность должна быть оставлена в стороне. Стремления и капризы — это не я. Блаженны кроткие. Быть кротким — вот что мне нужно. Непривязанность. Устранение ненужных вещей. А также осознание того факта, что каждый момент представляет собой разветвление Вселенной.

Таково было его душевное состояние после двухчасового разговора с Анри Траколем.

Но что же это такое, что «действует через» человечество, управляет им, или создаёт условия для этого сна, как учил Гурджиев? Арк и я обсуждали это, прочёсывая доступные ресурсы, пытаясь определить, было ли это одним из больших секретов работы Гурджиева, но без особого результата.

В то же время я долго размышляла о возможно истинных учениях Иисуса. Что мы фактически знаем из доступных античных документов, как правило, относимых ко времени раннего христианства, так это то, что римляне и почти все остальные в языческом мире считали христианство «отвратительным суеверием».

Это действительно удивительное утверждение. Если сравнить этот факт с христианством, как мы знаем его сегодня, то это вовсе не имеет смысла! Сегодняшнее христианство — это лишь конгломерат архаических религиозных верований и обрядов, принципиально ничем не отличающихся от культовых религий язычников того времени. Тема распятого и воскресшего бога-спасителя была довольно стандартной в то время. И большинство учений Нового Завета — это лишь скопированные версии того, что римляне и их подданные считали «нормальным».

На самом деле, если подумать об этом периоде и о том, во что тогда верили и что практиковали — в том числе гадание по внутренностям жертвенных животных, бывшее популярным в то время, и подразумевавшее убийство животного и чтение предзнаменований по его печени, — то невольно приходит мысль, что то, что люди того времени считали ужасным суеверием, действительно должно было быть довольно странным. И всё же в современном христианстве не сохранилось ничего, что древние римляне могли бы посчитать суеверием, так как оно в точности соответствовало тому, во что они сами верили и практиковали в своих различных сектах.

Так что попытка выяснить, что эти древние люди могли считать «ужасными суевериями», действительно проблематична. Единственное, что вписывается в эти описания, это учение о том, что человек — это пища для гиперпространственных существ. Это может вызвать крайнее неодобрение в любой период истории!

Если ранние христиане действительно это утверждали, то легко можно понять, почему римляне, унаследовавшие или подчинившие себе греческие идеи небесного пантеона, сочли бы это совершенно варварским. И если это именно то, что Иисус осознал и втайне передал своим ученикам, то неудивительно, что определённые «силы» полностью стёрли все следы изначального учения, заменив их обычными языческими обрядами, церемониями и верованиями. И если я на верном пути, то это, конечно, придаёт совершенно новый смысл утверждению: «И познаете истину, и истина сделает вас свободными»!

Если это правда, что людей разводят и выращивают как скот на глобальной ферме, и что они служат психической, а иногда даже и физической пищей, то это, мягко говоря, действительно серьёзная ситуация. Как я уже объясняла ранее, я никогда не видела Лиззи, кроме как во время дремоты или в состояниях перехода от сна к бодрствованию. Поэтому, когда кассиопеяне начали говорить о них, я думаю, что это была действительно Сумеречная зона!

Я также объясняла, что каждый раз, когда кассиопеяне рассказывают нам что-то новое, я усердно работаю над тем, чтобы найти тому вертикальное или стороннее подтверждение. Вертикальные данные — это данные, расположенные в прошлых точках истории. Сторонние данные состоят из сбора сообщений, информации очевидцев и прочих данных, представляющих собой косвенные свидетельства современности. Лучше всего, если эти два типа данных пересекаются или накладываются друг на друга, хотя и тогда это всё ещё нельзя назвать бесспорным доказательством. Когда вы имеете дело с гиперпространственными реальностями, вам вряд ли удастся найти бесспорные доказательства.

Что касается идеи, что человек — это пища для гиперпространственных существ, то существует огромное количество как вертикальных, так и сторонних подтверждений всех видов. Настолько много, что трудно понять, почему это не общеизвестно. Очевидно, что предпринимались целенаправленные усилия, чтобы скрыть этот факт, и факт этого скрытия сам по себе может кое-что нам сказать.

Дело в том, что когда дон Хуан и Гурджиев, кассиопеяне и другие говорят нам, что наши религии, социальная структура, ценности, убеждения о нашей духовной природе и нашем положении были намеренно созданы для увековечения иллюзии нашей свободы, — например, что мы являемся (или можем быть) «особенными и обожаемыми детьми любящего Бога», творить вместе с ним, создавать нечто позитивное и эффективное, — мы должны подвергнуть этот вопрос тщательному изучению.

Но для объективного изучения этого вопроса требуется упорная работа, так как она состоит из длительного и трудного самоанализа с целью преодоления эмоций, мешающих нам обнаружить, за какие иллюзии мы цепляемся, какие иллюзии мешают нам видеть и действовать так, чтобы стать свободными.

И всё же мы можем видеть, что здесь что-то развивается. С созреванием группового разума ставки становятся выше, а обманы глубже!

На протяжении многих веков, даже тысячелетий, упрощенческие религии и социальная динамика доминировали в большей части нашего мира. Это было возможно потому, что даже когда одно из этих гиперпространственных существ вторгалось в нашу реальность, когда они, так сказать, заглядывали к нам на ужин, это было легко скрыть из-за отсутствия контакта между племенами и народами.

Когда мы сидим в наших удобных домах и смотрим на нашу реальность, в том числе на то, что происходит за окнами, мы видим прочный фасад. По улице проезжают машины, везущие людей по делам и обратно домой; солнце светит; дети проходят мимо, разговаривая и смеясь. Каждый отождествляет себя со своей жизнью и непосредственно участвует в ней, веря, что она — это всё, что есть.

Но время от времени с кем-то случается что-то странное, и люди изо всех сил пытаются справиться с этой аномалией в пространственно-временном континууме. Как правило, инцидент достаточно незначительный, так что он приглушается, рационализируется и забывается. Люди вынуждены это делать, потому что он просто слишком далеко отклоняется от общепринятого хода событий. Его нужно замести под ковёр.

Время от времени в реальности происходят вещи поважнее — появляются признаки вторжения гиперпространственной системы контроля, или экран каким-то образом ломается — и это становится новостью. Чарльз Форт провёл много лет, собирая подобные случаи из газет и журналов по всему миру.

Когда это происходит, общепринятая система верований спешит смягчить произошедшее, чтобы каждый мог продолжать следовать своим собственным и коллективным иллюзиям. Поскольку такие события происходят на локальном уровне, их легко скрыть. И в прошлом это было намного проще, чем сегодня.

Читая информацию, собранную Чарльзом Фортом, можно видеть, что феномен пришельцев, о котором так широко сообщают сегодня, был в то время столь же активным, как и сейчас. На самом деле, можно даже увидеть, что он, возможно, имел цикличную природу. Подобно нашим циклам производства пищевых продуктов, посадки, выращивания и сбора урожая гиперпространственные существа также могут собирать урожай в соответствии с некоторыми «сезонными» правилами.

Во всяком случае, до того, как люди изобрели письменность, было намного легче сохранять это в тайне. Затем стали издаваться и распространяться книги, газеты и журналы. Путешествовать стало легче, а информацию о «странных вторжениях» в нашу реальность теперь можно было собирать со всего мира. Собранная информация показывала закономерность, указывающую на то, что что-то было не так.

До Чарльза Форта было несколько человек, уже заподозривших неладное, но г-н Форт любезно сунул нам эту проблему прямо под нос, и реакция была довольно интересной. Машина прикрытия заработала в полную силу по наиболее эффективным векторам официальной науки и религии.

Но неладное уже было учуяно, и некоторые люди не могли просто замести это под ковёр. Подозрения продолжали множиться. И некоторые люди принялись искать их источник. Они начали собирать знания и информацию.

Мы даже можем отметить, как эта машина прикрытия начала проводить минимизацию ущерба. Изучая историю социальных и религиозных движений и преобразований, можно видеть, как система контроля меняет свою форму с каждым открытием или осознанием, сделанными людьми. Когда эти новые осознания перестали быть совместимыми с упрощенческими объяснениями прежних религий, на их место были поставлены новые религии. В точности в нужное время — в период научной экспансии, когда знания о природе нашей реальности росли, а старые религиозные взгляды серьёзно оспаривались — началось целое спиритуалистическое движение, которое привело к появлению ченнелинговой информации и было создано лишь для латания дыр в сети контроля. Новые и более сложные объяснения высоких сфер вошли в нашу реальность. С каждым новым вопросом система контроля давала новый ответ, который помогал всем успокоиться, расслабиться и перестать задавать вопросы.

В настоящее время это ещё более удивительно очевидно. Несколько лет назад, когда мы впервые начали делиться информацией кассиопеян, многие вопросы, занимавшие нас, даже не рассматривались этими другими источниками. Но в ответ на всё, что мы публикуем, другая сторона выдвигает нового кандидата с новыми объяснениями, чтобы залатать дыры, которые мы создаём в ткани их реальности. И, конечно, поскольку Арк физик с учёными степенями выше докторской, некоторые из этих новых источников становятся более образованными и красноречивыми, как бы уравновешивая и приглушая представляемую нами информацию.

Для меня идея связывания фактов в единое целое всегда состояла в том, чтобы использовать все доступные мне средства, подходящие для очистки этой проклятой луковицы вплоть до её сердцевины. Если мне нужно провести несколько недель с книгами по генетике только для того, чтобы подтвердить или опровергнуть утверждение кассиопеян, то именно это я и делаю. Кроме того, я пишу признанным экспертам в той или иной области, используя репутацию моего мужа, чтобы войти в научный мир и получить самую свежую и актуальную закрытую информацию, чтобы быть уверенной в том, что мои публикации будут максимально точными и объективными.

Снова и снова я прихожу к мысли, что все эти вещи были известны давным-давно, и что нам было послано послание в бутылке, так сказать, в виде мифов и архаических практик, которым когда-то учили адептов, но смысл которых они уже давно забыли.

Конечно, кажется, что многие древние школы и мистические пути сохранили часть этой информации. Но, по большей части, даже это выцвело на страницах из-за длительного периода времени, прошедшего с тех пор, как такие вещи были известными и признанными. Но есть ещё те, кто видит противоречия в нашей реальности и системе верований и пытается обнаружить в древних учениях то, что могло быть известно. И многие из них сделали открытия, которые, если рассматривать их с информацией из многих других областей, помогут в этом важнейшем открытии нашего истинного состояния и цели.

Гурджиев был одним из них.

Совершив это, он тем самым сделал это возможным и для других.

Хотя может показаться, что каждый человек, достигший прогресса в этом открытии, заглушается или затуманивается своими последователями, каждый, кто прокладывает новый путь, облегчает следующему путешественнику путь по его стопам. Конечно, каждый первопроходец должен пробиваться через самые плотные и опасные джунгли, окружающие истину, и это позволяет ему достичь лишь определённой точки. Но, достигнув новой точки обзора благодаря этому великому усилию, они могут видеть больше из того, что находится впереди, в центре. Возможно, они видят только проблески, но эти проблески, по крайней мере, убеждают их, что они на правильном пути. С другой стороны, они, возможно, даже увидят полную картину и, в соответствии со зрелостью группового разума в их период времени, попытаются выразить это открытие словами, понятными этому поколению.

Учение Гурджиева стало известно как Четвёртый путь, в отличие от трёх других путей, использовавших те самые религиозные и социальные структуры, существовавшие, чтобы держать нас в заключении. Именно это имел в виду Гурджиев, когда говорил, что многих загипнотизировали, заставив поверить, что они люди или маги. Проблема этих трёх путей, как мы уже обсуждали, состоит в том, что они концентрируются только на одном из трёх центров в человеке: телесной дисциплине, умственном развитии или пути сердца — любви. Путь Гурджиева объединил в себе все эти пути через форму сознательного труда и намеренного страдания.

Что под этим подразумевал Гурджиев? Каждый из его учеников давал различные ответы на эти вопросы. Единственное, что можно предположить, это то, что понимание его учеников было основано на их усилиях, опыте и уровне бытия.

Разумеется, сознательный труд не связан с рытьём канав или дроблением горных пород, хотя это, конечно, не исключено. Речь идёт об усилиях, к которым мы не привыкли в нашей повседневной жизни. Очевидно, что намеренное страдание не может присутствовать, если человек спит, потому что оно зависит от совести, и, по словам Гурджиева, пока человек не проснётся, у него нет ни сознания, ни настоящей совести. Для Гурджиева совесть и сознание не могут быть разделены.

В настоящее время существует множество методов Четвёртого пути, разбросанных по всему миру, и все они, по-видимому, частичны и неполны. Но суть в том, что Гурджиев сделал большой шаг: он устранил множество препятствий на пути поиска способов вернуть технологию обратно в сознание группового разума. Благодаря этому, те, кто пришёл после него, смогли пойти ещё дальше в этой работе.

К сожалению, система контроля немедленно ввела в действие минимизацию ущерба, чтобы залатать возникшие дыры. Были воздвигнуты заборы секретности и ограничения, так что если кто-то в организации и обладал более глубокими знаниями, они становились настолько скрытыми, что процесс искажения и фальсификации, вероятно, продолжался своим обычным ходом и там.

Тем не менее мы должны рассматривать каждую из этих вещей как отдельные этапы. Мы не можем оставить без внимания суфизм, алхимию, катаризм и другие гонимые системы знаний, бывшими переходными этапами до времени Гурджиева. Глядя на общую картину, можно с уверенностью сказать, что когда раскрытая информация оказывается полезной людям и помогает им вести более полную и осмысленную жизнь, то сильные мира сего немедленно срываются с цепи, чтобы уничтожить или скрыть её. Если им это не удастся, они сделают всё возможное для фальсификации или искажения информации, используя для этого своих агентов. Взгляните лишь на то, как католическая церковь повлияла на развитие христианства.

Да, Гурджиев, возможно, сам достиг уровня истинного мудреца, оставив нам в наследство процесс и применение, но наша работа в настоящее время состоит в том, чтобы идти ещё дальше. И по мере дальнейшего продвижения мы должны ожидать непрерывных усилий по противодействию, запутыванию, искажению и ассимиляции этих концепций со всех сторон. Гурджиев рассматривал именно эти проблемы:

Человечество, к которому мы принадлежим, т. е. всё историческое и доисторическое человечество, известное науке и цивилизации, составляет лишь внешний круг человечества, внутри которого существует ещё несколько кругов…

Внутренний круг называется «эзотерическим». Он состоит из людей, которые достигли высочайшего уровня развития: каждый из них обладает индивидуальностью в самой полной степени, т. е. неделимым Я, всеми формами сознания, возможными для человека, полным управлением состояниями сознания, всецелым знанием, доступным человеку, свободной и независимой волей.

Они не могут производить действия, противоречащие их пониманию, или обладать пониманием, которое не проявляется в действиях.

Вместе с тем, среди них нет разногласий, нет различий в понимании. Поэтому их деятельность вполне согласована и ведёт к общей цели без всякого принуждения: ибо она основана на одинаковом понимании.

Следующий круг называется «мезотерическим», или средним.

Люди, которые принадлежат к этому кругу, обладают всеми качествами, присущими членам эзотерического круга: единственная разница здесь в том, что их знание имеет более теоретический характер.

Это, конечно, относится к знанию космического масштаба. Они знают и понимают многое такое, что не находит выражения в их действиях; они знают больше, чем делают. Но их понимание столь же точно, как и понимание членов эзотерического круга: поэтому оно совпадает с ним.

И между ними также нет разногласия, нет непонимания. Один из них понимает так же, как понимают все, и все понимают так же, как и один. Но, как было сказано ранее, их понимание, по сравнению с пониманием эзотерического круга, более теоретично.

Третий круг называется «экзотерическим», т. е. внешним, и представляет собой внешний круг внутренней части человечества.

Принадлежащие к этому кругу обладают многими особенностями, свойственными людям, входящим в эзотерический и мезотерический круги; ни их космические знания носят более философский характер, т. е. более абстрактны, чем знания мезотерического круга;

член мезотерического круга вычисляет, а член экзотерического круга созерцает. Их понимание не выражается в действиях; но и в их понимании нет различий: что понимает один, понимают и все остальные.

В литературе, которая признаёт существование эзотеризма, человечество обычно делится только на два круга: «экзотерическим» кругом, в противоположность «эзотерическому», называют обычную жизнь.

На самом деле, как мы видим, «экзотерический круг» — нечто от нас далёкое и весьма высокое. Для обычного человека это уже что-то «эзотерическое».

«Внешний круг» — это круг механического человечества, к которому принадлежим и мы и который только и знаем.

Первый признак этого круга заключается в том, что среди принадлежащих к нему людей нет и не может быть общего понимания; каждый понимает по-своему, и все понимают по-разному.

Этот круг называют иногда кругом «смешения языков», т. е. кругом, в котором каждый говорит на своём собственном языке, где никто не понимает друг друга и не старается, чтобы его поняли.

В этом круге взаимопонимание между людьми невозможно, кроме редких, исключительных моментов или предметов, не имеющих особого значения и не выходящих за пределы данного бытия.

Если люди, принадлежащие к этому кругу, осознают это отсутствие общего понимания и обретают стремление понять и быть понятыми, тогда это означает, что они обладают неосознанным стремлением ко внутреннему кругу, ибо взаимопонимание начинается в экзотерическом круге и возможно только там.

Однако осознание отсутствия понимания обычно приходит к людям в совсем иной форме.

Итак, возможность понять нечто зависит у людей от возможности проникнуть в экзотерический круг, где начинается понимание.

Если представить человечество в виде четырёх концентрических кругов, то можно вообразить на окружности третьего круга четыре входа в третий внутренний круг; через них могут проходить люди механического круга.

Входы соответствуют четырём описанным ранее путям.

Первый путь — это путь факира, путь человека номер один, человека физического тела, инстинктивно-двигательно-чувственного человека без особого развития ума и сердца.

Второй путь — это путь монаха, религиозный путь, путь человека номер два, с преобладанием эмоций. Ум и тело не должны быть слишком сильны.

Третий путь — это путь йогина, путь ума, путь человека номер три. Сердце и тело не должны быть слишком сильными, иначе они станут препятствиями на этом пути.

Кроме этих трёх путей существует ещё и четвёртый для тех, кто не в состоянии идти ни одним из первых трёх путей.

Фундаментальное различие между первыми тремя путями (т. е. путями факира, монаха и йогина), с одной стороны, и четвёртым, с другой, заключается в том, что первые три пути связаны с постоянными формами и общественными институтами, которые на протяжении долгих исторических периодов почти не менялись. В основании этих институтов лежит религия. Там, где существуют школы йоги, они по внешности почти не отличаются от религиозных школ. В различные периоды истории в разных странах существовали и продолжают существовать всевозможные общества или ордена факиров. Эти три традиционные пути суть постоянные пути, ограниченные нашим историческим периодом.

Две-три тысячи лет назад существовали и другие пути, ныне не существующие; а те, которые существуют сейчас, не были так разделены и примыкали друг к другу значительно ближе.

Четвёртый путь отличается от старых и новых путей тем, что он не бывает постоянным. Он не имеет постоянных форм, с ним не связаны какие-либо общественные институты. Он возникает и исчезает, управляемый своими собственными законами.1

Четвёртый путь невозможен без какой-то работы определённого значения, без какого-то начинания, вокруг которого и в связи с которым он только и существует.

Когда эта работа окончена, т. е. поставленная цель достигнута, четвёртый путь исчезает, т. е. исчезает в данном месте, исчезает в данной форме, продолжаясь, может быть, в другом месте и в другой форме.

Школы четвёртого пути существуют для нужд работы, которая проводится в связи с такого рода начинаниями, и никогда не существуют сами по себе, как школы для целей воспитания и обучения.

В любой работе четвёртого пути невозможно требовать механической помощи. Во всех начинаниях четвёртого пути полезной оказывается только сознательная работа. Механический человек не может выполнять сознательную работу, так что первая задача людей, начинающих такую работу, создание сознательных помощников.

Сама работа школ четвёртого пути может иметь очень много форм и значений. В обычных условиях единственным шансом найти «путь» оказывается возможность встречи с началом такого рода работы. Но возможность встречи с работой, равно как и использование этой возможности, зависит от многих обстоятельств и условий.

Чем скорее человек уловит смысл выполняемой работы, тем скорее он станет полезным для неё и тем больше получит от неё сам.

Но какой бы ни была главная цель работы, школы продолжают существовать лишь до тех пор, пока эта работа продолжается. Когда она закончена, школы закрываются. Люди, которые начали работу, покидают сцену; а те, кто научились от них всему, чему можно научиться, и способны теперь самостоятельно продолжать путь, начинают в той или иной форме личную работу.

Но иногда случается так, что, когда закрывается школа, остаётся много людей, находившихся около работы, наблюдавших внешний её аспект и воспринявших всю работу в этом внешнем аспекте.

Не сомневаясь ни в самих себе, ни в правильности своих выводов и своего понимания, они решают продолжать работу. Для этого они создают новые школы, учат людей тому, чему научились сами и дают им те обещания, которые когда-то получили. Естественно, всё это остаётся только внешним подражанием.2

Однако, оглядываясь на историю, мы почти неспособны распознать, где кончается подлинная работа и где начинается подражание. Собственно говоря, почти всё, что мы знаем о разнообразных оккультных, масонских и алхимических школах, относится к такому подражанию. Мы практически ничего не знаем о подлинных школах, за исключением результатов их работы; да и это возможно лишь тогда, когда мы способны отличить результаты настоящей работы от подражания и видимости.

Но и подобные псевдо-оккультные системы играют свою роль в работе и деятельности эзотерических кругов. А именно: они служат посредниками между человечеством, погруженным в материалистическую жизнь, и школами, заинтересованными в обучении определённого числа людей, как для целей собственного существования, так и для работы космического характера, которую они могут выполнять. Сама идея эзотеризма, идея посвящения, в большинстве случаев доходит к людям через псевдо-эзотерические системы и школы; и если бы таких псевдо-эзотерических школ не существовало, огромное большинство человечества не имело бы возможности услышать или узнать о существовании чего-то большего, чем жизнь, ибо истина в её чистой форме для них недоступна.

В силу многих характерных свойств человеческого бытия, и особенно современного бытия, истина может прийти к людям только в форме лжи — они способны переварить и усвоить её только в этой форме.

Кроме того, в псевдо-эзотерических движениях, в церковных религиях, в оккультных и теософских школах иногда можно найти зёрна истины в неизменной форме. Они могут быть сохранены в писаниях, ритуалах, традициях, понятиях об иерархии, в их догмах и правилах. (Успенский, В поисках чудесного, 1949)

Как я уже намекала в предыдущей главе, косвенные свидетельства указывают на существование тайного братства, совершенно неизвестного человечеству. Другие так называемые «тайные» группы (розенкрейцеры, иллюминаты, масоны, современные тамплиеры, Приорат Сиона и т. д.) были, как правило, лишь отвлекающими манёврами с целью отвлечь и запутать искателя. Гурджиев указывает, что эти группы действительно выполняют полезную функцию, потому что сама идея эзотеризма достигает людей через псевдо-эзотерические системы, продвигаемые такими группами. И поэтому я утверждаю, что большинство, если не все великие религии древности были символическими изображениями алхимической работы.

В течение шестнадцатого, семнадцатого и восемнадцатого веков значительное число адептов алхимии путешествовало по Европе, появляясь и исчезая по своему желанию. Согласно традиции, эти адепты были бессмертны и поддерживали себя с помощью эликсира жизни, который был одной из целей алхимии. В том, что такие таинственные люди действительно существовали, не может быть никаких сомнений, так как их присутствие подтверждается десятками надёжных свидетелей.

Это подводит нас к самому интересному замечанию, которое Гурджиев сделал выше о внутреннем круге:

Внутренний круг… состоит из людей, которые достигли высочайшего уровня развития: каждый из них обладает индивидуальностью в самой полной степени, т. е. неделимым Я, всеми формами сознания, возможными для человека, полным управлением состояниями сознания, всецелым знанием, доступным человеку, свободной и независимой волей. Они не могут производить действия, противоречащие их пониманию, или обладать пониманием, которое не проявляется в действиях. Вместе с тем, среди них нет разногласий, нет различий в понимании. Поэтому их деятельность вполне согласована и ведёт к общей цели без всякого принуждения: ибо она основана на одинаковом понимании. (Успенский, В поисках чудесного, 1949)

И мы снова вспоминаем алхимическую максиму: «подобное привлекается подобным».

…Когда ученик разовьёт в себе добродетели и целостность натуры, сравнимые с этими качествами у адептов, они появятся и откроют ему те части тайного процесса, которые тот не сможет открыть без их помощи. Средневековые философы полагали, что если человек сам не сумеет понять суть процесса или субстанций, то он недостоин того, чтобы ему доверяли секреты, позволившие бы ему получить контроль над огромными человеческими массами и подчинить своей воле стихийные силы природы.

Поэтому, безусловно, необходимо следовать какому-то процессу, чтобы достичь необходимого уровня для привлечения помощи.

Когда мы погружаемся во все эти вопросы настолько глубоко, насколько это возможно, мы снова и снова приходим к идее, что ключ состоит в самопознании. Это не цель, но средство; первая стадия в саморазвитии и начало пробуждения ото сна состоит в развитии способности познать себя объективным образом, чтобы можно было контролировать разум Хищника. Заметьте, что я отчётливо сказала контролировать, а не интегрировать.

Гурджиев сказал, что мы обладаем многими «Я», а также животной и духовной природой. Самонаблюдение и другие дисциплинированные усилия преподавались как средство кристаллизации единого Я. Уильям Болдуин считал, что настоящий источник этих многочисленных «Я» — привязанные духи. Изучая эту тему, он обнаружил, что его методы могут помочь человеку в стремлении укрепить волю и устранить это препятствие на пути к проявлению истинного Я.

Недостаток этих методов заключается в неспособности стимулировать усвоение других знаний как средства создания контекста, в который могут быть помещены открытия, сделанные Я в этом процессе.

Но что толку в этом знании, если кассиопеяне, похоже, только и говорят, что мы «беспомощны» перед лицом этого огромного обмана? Дело в том, что они сказали или предложили гораздо больше, чем это. Что ещё более важно, правильно поняв послания кассиопеян, мы увидим, что речь действительно идёт о работе четвёртого пути, и что кассиопеяне — учителя, появившиеся, чтобы раскрыть те части тайных процессов, которые не могли быть открыты без посторонней помощи.

Что это за большая тайна?

Гурджиев говорит о злых магах. Алхимики говорили то же самое. Эжен Канселье пишет в своём предисловии ко второму изданию книги Фулканелли Философские обители:

Драгоценная сверкающая ртуть, отражающая в слегка выпуклой ванне блики на шариках с крестом, представлена на посвятительных виньетках, переведённых в прелестные забавные рисунки, которые Филипп де Маллери с присущим ему изяществом сделал для книжечки риторов коллежа иезуитов в Антверпене: «Образ Мира, в котором символически явлены невзгоды и опасности нашей жизни, а также несовместимость Любви Божественной и человеческой».

Первое изображение недвусмысленно указывает на основной, если не единственный источник всех людских бед. Об этом говорит и латинская надпись, где в скобках её автор прибегает к фонетической кабале: Totus mundus in maligno (mail ligno) positus est; основание мира — дьявол (Древо Зла). (Фулканелли, 1999)

Что это за мир внутри дьявола? Это мир лжи и смятения:

«Внешний круг» — это круг механического человечества, к которому принадлежим и мы и который только и знаем.

Первый признак этого круга заключается в том, что среди принадлежащих к нему людей нет и не может быть общего понимания; каждый понимает по-своему, и все понимают по-разному.

Этот круг называют иногда кругом «смешения языков», т. е. кругом, в котором каждый говорит на своём собственном языке, где никто не понимает друг друга и не старается, чтобы его поняли.

В этом круге взаимопонимание между людьми невозможно, кроме редких, исключительных моментов или предметов, не имеющих особого значения и не выходящих за пределы данного бытия. (Успенский, В поисках чудесного, 1949)

Многим из вас может показаться, что кассиопеяне не предлагают ничего, кроме повторных заявлений о том, что мы «прокляты, что бы мы ни делали», как предположил один из читателей. Но это не совсем так. Да, это правда, что до настоящего момента я представила в основном информацию, относящуюся к этим вопросам, пытаясь проникнуть и разорвать завесу иллюзий, под которой человечество было скрыто от своей высшей природы или потенциала. Но это было сделано лишь с намерением иметь относительно чёткое представление о том, какие возможности у нас есть на самом деле. На самом деле, я пыталась достичь чего-то другого, чего-то глубокого и существенного: тем, кто просит, я пытаюсь помочь обрести свободу воли.

Дело в том, что я пытаюсь шокировать вас. Я пытаюсь заставить вас думать о вещах по-новому. Я пытаюсь заставить вас взглянуть на себя, изучить себя, обнаружить свои иллюзии и затем приложить усилия, чтобы освободиться от них. Если у человечества есть хоть какая-то надежда выжить, ему придётся серьёзно изменить свой разум, или метанойю, которая неверно переводится в Новом Завете как покаяние. Потому что изменение разума может произойти только тогда, когда он знает себя.

И это подводит нас к очень важному замечанию, сделанному членом нашей группы, ТР:

С точки зрения монотеистических религий, как отмечали Фома Аквинский и Декарт, свобода воли включает в себя право выбирать или не выбирать. То есть, мы свободны в той мере, в какой можем выбирать между альтернативами, как добрыми, так и злыми.

Другими словами, вы можете выбирать добро или нет. И если вы не выбираете то, что представляется вам добром, вы по умолчанию выбираете зло. Есть только один хороший вариант. Вы можете выбрать его или нет. Вот в чём состоит ваша свободная воля. На языке мафиози или нацистского офицера это «предложение, от которого вы не сможете отказаться», потому что альтернатива явно не очень соблазнительна и приведёт к неприятным последствиям. Эта точка зрения высмеивает основную идею свободы воли.

В нашей реальности мы явно сталкиваемся именно с такими учениями. Учениями религии, философии, ньюэйджевских источников и так далее. Как только мы поймём, что сама реальность, иллюзии того, что является или не является добром или злом, это лишь маски, или символы, чего-то более глубокого, мы начнём осознавать, что обе предложенные нам альтернативы явно неравнозначны. «Жаждущий выбирает воду, а не масло; голодный — хлеб, а не древесную кору; бедный — сухое место под мостом, а не скамейку под дождём».

Какой выбор! Согласно этому определению, свобода воли становится не более чем шуткой, логическим противоречием. Это также главный способ пути служения себе — побуждение делать выбор путём «взвешивания» возможностей.

Этот взгляд на свободную волю, в действительности таковой не являющейся, становится главной маской тех, кто стремится её отрицать.

Любая религия, философия или учение, позиционирующее себя в качестве единственного способа спасения человека, немедленно примыкает к мафиозной/нацистской/служащей себе школе свободной воли. Легко заметить, что тот, кто выбирает любить или посылать любовь и свет, потому что это может принести ему спасение или просто позитивное ощущение, на самом деле находится в положении жаждущего человека, выбирающего пить воду, а не масло. Более того, если он считает, что это единственное, что он может сделать, так как вся социальная и философская структура была разработана так, чтобы складывалось впечатление, что это единственный жизнеспособный выбор в соответствии с волей Бога, то он всё равно находится в том же положении. Но самое главное в том, что он верит в ложь, в иллюзию того, что у него есть лишь два варианта: пить либо воду, либо масло. В своём страхе он даже не задумывается о том, что ему не нужно выбирать ни то, ни другое.

Есть и другие определения свободы воли, о которых интересно поразмышлять. Я не собираюсь пускаться в длинный монолог о взглядах философов, потому что, хотя некоторые из них довольно увлекательны и действительно заставляют задуматься, это было бы нецелесообразно для рассматриваемого здесь вопроса.

Поэтому я приведу здесь лишь сокращённую версию. Гоббс и Толстой предполагают, что мы свободны лишь в той мере, в какой мы можем делать то, что хотим, без помех и ограничений. Локк и Юм расширяют «свободу действий без ограничений» Гоббса до «свободы делать или не делать то, что хочется». Спиноза считал, что мы свободны настолько, насколько сами определяем своё поведение. Мы несвободны, когда другие диктуют или препятствуют нашим решениям, или когда мы не можем определить наши действия из-за болезни или недееспособности.

Рассматривая возможность делать то, что мы выбираем без помех или ограничений, и определяя свободную волю таким образом, мы также должны учитывать не только то, вступает ли наша свободная воля в конфликт со свободной волей других, но также и то, может ли сама наша свободная воля быть менее свободной из-за неосознанных психологических или физиологических сил. И если мы включим в уравнение усилия правительств в отношении программ контроля разума и гиперпространственных существ, то мы также должны задаться вопросом, находимся ли мы под абсолютным контролем внешних сил. В первом случае мы можем выбрать ограбление и воровство из-за крайней бедности, разрушенного дома и неэффективной системы образования. Во втором случае мы можем сделать выбор устроить массовую стрельбу, потому что тем утром у некоего злодейского правительственного программиста подгорел тост, или потому что какое-то притаившееся ящероподобное существо посчитало, что Суперумная Сузи слишком близко подобралась к истине и поэтому должна быть устранена во время утренней поездки, чтобы купить марки.

Поэтому мы начинаем думать, что мы не так уж и свободны. На самом деле все мы находимся под влиянием внешних сил или программирования того или иного рода.

Если мы свободны в этом смысле, то вопрос о свободе воли в терминах третьей плотности становится бессмысленным. Это очень поверхностная интерпретация, потому что это означает, что свобода определяется тем, может ли человек делать то, что выбирает, а не самим выбором. Это относится к свободе действия, а не к выбору действия, потому что все наши возможности выбора запрограммированы предварительно. И всё же, что бы человек ни решил сделать, даже если он заранее запрограммирован на это, это считается свободой воли — только потому, что он может сделать этот выбор.

Какой дешёвый трюк!

Это выдвигает на первый план вопрос о множестве сил, которые могут ограничивать или принуждать человека к поведению против его воли, чего могло бы и не произойти, если бы он знал об этих силах и был бы в состоянии самостоятельно принимать решение за или против. Суть в том, что мы несвободны, если наш потенциальный или реальный выбор ограничен. Локк приводит пример человека, запертого в комнате, в которой он предпочитает оставаться. Человек, желающий оставаться в комнате, волен так поступить, и, таким образом, свободен по определению Гоббса, но у него нет силы покинуть комнату и, таким образом, он несвободен по определению Локка.

Именно в этом смысле большинство людей обманывается системой контроля, полагая, что у них есть свободная воля. Комната, в которой они заперты, представляет собой иллюзию того, что их убеждения и цели — это вся реальность творения. И поэтому их выбор оставаться в комнате — это согласие с убеждениями, навязанными им извне.

Большинство людей проводят бесконечные жизни, будучи запертыми в этой комнате. Но дело в том, что через некоторое время замкнутость комнаты и однообразие переживаний становятся неприятными, потому что всё время, пока заключённый убаюкивается в бездействии, в нём может что-то расти, некое стремление увидеть, что находится за пределами комнаты. Но до тех пор, пока эта склонность не будет развита в полной мере, он, возможно, даже не попытается проверить дверь. И как только он проверит дверь и обнаружит, что она заперта, у него может не хватить напора сделать нечто большее, чем просто вернуться на своё место и продолжать ждать, пока что-то произойдёт. Через некоторое время этот напор начинает усиливаться, и это, вместе с осознанием того, что он действительно заперт, может побудить его выяснить, как выбраться из комнаты. Но этот процесс может занять много жизней. И попытка открыть дверь тюрьмы, в которой ещё сидят другие, неготовые вырваться, потому что ещё недостаточно сильны, только испугает их и лишит той растущей силы, которая в противном случае, после определённого периода развития, позволила бы им выбраться из комнаты собственными усилиями.

Таким образом, вопрос о том, обладает ли человек властью поступать так, как хочет, остаётся фундаментально эмпирическим. Он может думать, что обладает полной свободой делать или не делать то, что хочет. И всё же его воля, его решения, основанные на его осознанности, могут быть бессознательными или физически определяться вещами, о которых он не знает. В этом смысле любой выбор или действие, основанное на неосведомлённости, должно привести нас к признанию в качестве причинного фактора источника этой неосведомлённости, а не выбора человека.

Другими словами, если человек запрограммирован, будь то с помощью правительственных экспериментов, пришельцев-похитителей или религий, созданных и навязанных гиперпространственными существами, то кто в конечном счёте несёт ответственность?

Программисты или человек, сделавший выбор оставаться в неведении?

Да, человек может оставаться неведающим из-за страха перед наказаниями Бога, демонами или махинациями пришельцев/правительства. Он может опасаться за своё тело или душу, или за тело и душу того, кого любит. Но эти страхи являются убеждениями, представляющими собой запертую комнату, в которой он решил остаться, не осознавая, что его собственный выбор — это замок!

Если человек не осведомлён, не из-за страха, а просто потому, что спит, то несёт ли он тогда ответственность за свою неосведомлённость?

Согласно кассиопеянам, да. Это его выбор. По какой-то причине на каком-то уровне он сделал выбор в пользу неосведомлённости и имеет на это право. Он выбрал своё окружение; он выбрал свой класс и свои уроки. Возможно, «выбрал» в сознательном смысле — это неуместный термин. Это скорее похоже на: он там, куда «вписывается» лучше всего. Он единица сознания, и он учится. Он начнёт пробуждаться только тогда, когда достигнет определённого уровня. Лишь тогда, когда в нём что-то выросло: воля.

У Гурджиева, по-видимому, была идея, что воля может быть, так сказать, взращена и ускорена в человеке. Следующие его замечания имеют под собой эту подоплёку:

«Пробудиться» — значит выйти из состояния гипноза. В этом и состоит главная трудность — но в этом же и гарантия возможности пробуждения, так как органических причин для сна нет, и человек может пробудиться. Теоретически может; но практически это почти невозможно, потому что как только человек хотя бы на мгновенье пробуждается, как только он открывает глаза, все силы, которые заставляют его спать, действуют на него с удесятерённой энергией, и он вновь погружается в сон, причём нередко ему снится, что он пробудился или пробуждается.

…Только тот, кто вполне сознаёт трудности пробуждения, может понять и необходимость долгой и тяжёлой работы для того, чтобы пробудиться.

Вообще говоря, что нужно для того, чтобы разбудить спящего? Нужен хороший толчок. Но когда человек спит крепким сном, одного толчка недостаточно, требуется долгий период непрерывных толчков. Следовательно, должен существовать кто-то такой, кто будет производить эти толчки. Можно пробудиться и при помощи механических средств, например, при помощи будильника. Но вся беда в том, что человек очень быстро привыкает к будильнику и перестаёт его слышать. Поэтому нужно много будильников, нужно окружать себя будильниками, которые не дадут спать. <…> Будильники надо заводить, а чтобы их заводить, надо о них помнить; чтобы помнить о будильниках, человеку придётся часто просыпаться.

…Но очень мало шансов на то, чтобы человек сам проделал всю работу — заводил будильники, менял их, изобретал новые — без посторонней помощи. Гораздо вероятнее, что он начнёт эту работу, но вскоре она перейдёт в сон; во сне он увидит, что изобретает будильники, заводит их и меняет: благодаря чему будет спать ещё крепче.

Вот почему для пробуждения необходимо сочетание усилий. Нужно, чтобы кто-то будил человека, а кто-то наблюдал за ним и за тем, кто его будит: нужно иметь будильники и постоянно изобретать новые.

Но чтобы достичь этого и получить результаты, несколько человек должны работать вместе. Одному человеку здесь ничего не сделать. Если же несколько человек решают бороться со сном сообща, они будут будить друг друга. Может случиться, что двадцать из них заснут, а двадцать первый будет бодрствовать и разбудит всех остальных. Точно так же обстоит дело и с будильниками. Один человек изобретёт один будильник, другой — второй; а потом они смогут обменяться. Все вместе они окажут друг другу огромную помощь; без такой помощи никто ничего не в состоянии достичь. Поэтому человек, желающий пробудиться, должен искать других людей, которые тоже хотят пробудиться, и работать вместе с ними. (Успенский, В поисках чудесного, 1949)

Гурджиев, очевидно, знал о факторе минимизации ущерба системы контроля, а также о том, как быстро она включается на устранение любой трещины в структуре иллюзии. Его идея о непрерывном изобретении новых будильников ясно указывает на то, что он знал, что его метод должен постоянно подвергаться переработке, пересмотру, дополнению и расширению. Его надежда ускорить пробуждение человека, по-видимому, была движущей силой всего, что он делал. И он знал, что может случиться с его работой. Дело не только в искажении его работы; он знал, что её придётся постоянно изобретать заново, чтобы поспевать за развивающейся системой контроля.

Можем ли мы ускорить пробуждение?

Кассиопеяне указали, что да, это возможно:

В: (Л) Существует ли инструмент, способный усилить свободу воли?

О: Никакой инструмент не нужен, потому что всё существующее — это уроки. Цикл обучения изменчив по своей природе, и продвижение в нём определяется разворачивающимися событиями и обстоятельствами.

В: (Л) То есть, если кто-то подвергается гипнозу и управляется извне — как мы уже обсуждали это ранее, — то они будут гипнотизироваться и контролироваться до тех пор, пока не научатся, как положить этому конец?

О: Да.

В: (Л) Если применить аналогию с библейским блудным сыном, они будут пребывать в этом состоянии и страдать, пока с них не хватит?

О: Если применить вашу аналогию с велосипедом: существует ли инструмент, делающий ненужным обучение ребёнка езде на велосипеде, чтобы научиться кататься на нём?!?

В: (ММ) Разве мы не получаем больше свободной воли посредством ассимиляции знаний?

О: Да!! Да!!

В: (Л) Другими словами, знания и осознание позволяют нам понимать, что мы обладаем свободной волей, а также позволяют понять, какие наши поступки действительно являются актами свободной воли. Поэтому, когда ты знаешь разницу между ложью и истиной, ты способен самостоятельно управлять своей жизнью?

О: Да. Помните, что как только вы «настроитесь», ваше обучение будет проходить по экспоненциальной кривой. Это означает, что вы становитесь всё более способными осуществлять доступ к вселенскому сознанию. Пожалуйста, учитесь доверять вашему растущему осознанию. Все присутствующие здесь находятся в той или иной точке этого цикла развития, некоторые дальше других. Занимаясь сетевым взаимодействием должным образом, вы все можете оказаться в одной и той же точке этого цикла.

Что значит быть «настроенным»? Мы снова возвращаемся к проблеме «подобное привлекается подобным».

Когда ученик разовьёт в себе добродетели и целостность натуры, сравнимые с этими качествами у адептов, они появятся перед ним и откроют ему те части тайного процесса, которые тот не сможет открыть без их помощи.

Средневековые философы полагали, что если человек сам не сумеет понять суть процесса или субстанций, то он недостоин того, чтобы ему доверяли секреты, позволившие бы ему получить контроль над огромными человеческими массами и подчинить своей воле стихийные силы природы.

Трансляции кассиопеян — это как раз такое «появление». Этот процесс лучше был всего описан Эженом Канселье в его предисловии ко второму изданию книги Фулканелли Философские обители:

«По-латыни Adeptus — тот, кто получит Дар Божий. Таинственное совмещение двух значений слова «Present» (1 — дар, подарок; 2 — настоящее) подчёркивает, что с этих пор Настоящее для него длится бесконечно. <…>

В царстве Серы, — утверждает Космополит, — есть Зерцало, в коем видно всё Мироздание. Кто в него заглянет, может овладеть тремя аспектами Мудрости всего мира…»

После тридцати лет исследований и двух лет экспериментов, подробно описанных в моей автобиографии, Amazing Grace, началась коммуникация с кассиопеянами.

«Мы — это вы в будущем», — сказали они. «Мы вещаем «сквозь» брешь, расположенную в месте, называемом вами Кассиопея, благодаря сильным радиоимпульсам из этого созвездия, посылаемым пульсаром от нейтронной звезды, расположенной в 300 световых годах за созвездием, если смотреть из вашего местоположения. Это способствует чёткому каналу передачи из шестой плотности в третью.»

Благодаря этому «дару Божьему» я получила возможность заглянуть в «зеркало, в котором виден весь мир» — с точки зрения моего вездесущего «я» в состоянии полного осознания. Короче говоря, исходя из всех деталей можно сказать, что трансляции кассиопеян и есть истинная работа Четвёртого пути. И точно так же, как это описал Гурджиев, главные приоритеты в работе такого рода — это сетевое взаимодействие, обучение и подготовка других.

Школы четвёртого пути существуют для нужд работы, которая проводится в связи с такого рода начинаниями, и никогда не существуют сами по себе, как школы для целей воспитания и обучения.

В любой работе четвёртого пути невозможно требовать механической помощи. Во всех начинаниях четвёртого пути полезной оказывается только сознательная работа. Механический человек не может выполнять сознательную работу, так что первая задача людей, начинающих такую работу, создание сознательных помощников. (Успенский, В поисках чудесного, 1949)

Таким образом, похоже, что непрерывное обучение, сетевое взаимодействие с другими людьми, находящимися дальше в цикле развития, — и всё это без каких-либо предрассудков — может действительно изменить ситуацию к лучшему.

В чём состоит конкретная цель кассиопейской работы? Давайте остановимся и подумаем об этом. В начале Первой мировой войны Успенский высказал Гурджиеву предположение, что война была следствием жизни в индустриальный век, когда люди становились более механизированными и переставали думать самостоятельно, потому что им было слишком легко в жизни. Гурджиев ответил:

«Есть другой вид механизации, гораздо более опасный: самому быть машиной. Думали вы когда-нибудь о том, что все люди сами по своей сути машины? <…> Посмотрите, все эти люди, которых вы видите, — и он указал на улицу.— Всё это просто машины и ничего более. <…> Вы думаете, что существует нечто, способное противостоять механизации, нечто, выбирающее свой путь; вы думаете, что не всё одинаково механистично».

В этот момент Успенский выдвинул, казалось бы, самое логичное возражение: «Ну, конечно, нет… искусство, поэзия, мысль — вот феномены совершенно другого порядка!»

Гурджиев ответил: «В точности такого же! Их деятельность так же механична, как и всё прочее. Люди это машины, а от машин нельзя ожидать ничего, кроме механического действия». Затем он продолжил:

[Западная цивилизация], вооружённая «точным знанием» и самыми последними методами исследования, не имеет никакого шанса и движется по кругу, из которого нет выхода.

Да, это так, потому что люди верят в прогресс и культуру. Не существует никакого прогресса. Всё осталось таким же, каким было тысячи и десятки тысяч лет назад. Меняется внешняя форма, сущность не меняется. Человек остаётся таким же, каким был. «Цивилизованные» и «культурные» люди живут совершенно так же, теми же интересами, что и самые невежественные дикари. Современная цивилизация основывается на насилии, рабстве и красивых словах…

<…> Чего же вы хотите? Люди — это машины; а машинам положено быть слепыми и бессознательными; иначе они и не могут. Все их действия должны соответствовать их природе. Всё случается. Никто ничего не делает. «Прогресс» и «цивилизация» в полном смысле этого слова возникают лишь в результате сознательных усилий. Они не могут быть результатом бессознательных, механических действий. А на какое сознательное усилие способна машина? Но если одна машина бессознательна, тогда бессознательны и сто машин, и тысяча, и сто тысяч, и миллион. А бессознательная деятельность миллиона машин обязательно должна завершиться разрушением, истреблением.

Как раз в бессознательных, невольных явлениях и скрыт корень зла. Вы ещё не понимаете и не можете представить себе всех последствий этого зла. Но придёт время, и вы это поймёте.

Ещё раз отметим: Гурджиев говорил это в начале Первой мировой войны, в начале века беспрецедентных войн. И сегодня, почти сто лет спустя, человечество стоит на краю пропасти, и никто не знает, кто или что повергнет нас в неё.

Вильгельм Райх писал о тех же проблемах, которые волновали Гурджиева и Успенского:

Почему человек на протяжении тысячелетий, где бы он ни строил научные, философские или религиозные системы, сбивался с пути с такой настойчивостью и с такими катастрофическими последствиями? <…>

Человеческие заблуждения необходимы? Рациональны? Все заблуждения рационально объяснимы и необходимы? Если мы рассмотрим источники человеческих ошибок, то обнаружим, что они делятся на несколько групп:

Пробелы в знаниях о природе составляют широкий спектр человеческих заблуждений. Медицинские ошибки до появления знаний об анатомии и инфекционных заболеваниях были необходимыми ошибками. Но мы должны спросить, была ли смертельная угроза для первых исследователей анатомии животных также необходимой ошибкой.

Вера в то, что Земля неподвижна в космосе, была неизбежной ошибкой, коренящейся в незнании законов природы. Но были ли столь же необходимыми ошибками сожжение Джордано Бруно на костре и заключение в тюрьму Галилея? <…>

Мы понимаем, что человеческое мышление может проникнуть [в непознанное] лишь до определённого предела в данный момент времени. Чего мы не можем понять, так это почему человеческий интеллект не останавливается в этом месте и не говорит: «это текущий предел моего понимания. Давайте подождём, пока откроются новые перспективы». Это было бы рациональное, понятное, целенаправленное мышление. <…>

Что нас поражает, так это внезапный поворот от рационального начала к иррациональной иллюзии. Иррациональность и иллюзорность проявляются в нетерпимости и жестокости, с которой они выражаются. Мы наблюдаем, что человеческие системы мышления проявляют терпимость до тех пор, пока придерживаются реальности. Чем больше мыслительный процесс удаляется от реальности, тем больше нетерпимости и жестокости требуется, чтобы обеспечить его дальнейшее существование. (Вильгельм Райх, Ether, God, and Devil, 1949)

Главный вопрос в том, кто или что несёт ответственность за это состояние человечества, особенно если допустить существование благожелательного Бога и иерархию благожелательных существ, в руках которых находится судьба человечества. Гурджиев прокомментировал это следующим образом (отредактировано для наглядности):

Мы должны помнить, что луч творения… подобен ветви дерева, растущей ветви… рост зависит от органической жизни на Земле. …Если органическая жизнь приостановится в своём развитии, в своей эволюции, если она не сумеет отвечать предъявляемым к ней требованиям, ветвь может засохнуть. Об этом следует помнить.

Для луча творения предоставлена такая же возможность развития и роста, какая предоставлена каждой ветви большого дерева. Но завершение этого роста вовсе не гарантировано; оно зависит от гармоничного и правильного действия его собственных тканей.

Органическая жизнь на Земле — это сложное явление, в котором отдельные части зависят друг от друга. Общий рост возможен только при условии, что растёт «конец ветви». Или, точнее, в органической жизни существуют такие ткани, которые эволюционируют, и ткани, которые служат для этих эволюционирующих тканей средой и пищей. Затем среди эволюционирующих тканей имеются эволюционирующие клетки вместе с клетками, которые служат им средой и пищей. В каждой отдельной эволюционирующей клетке есть эволюционирующие части и части, которые служат им пищей. Но всегда и во всём необходимо помнить, что эволюция не гарантирована, а лишь возможна, что она в любое время и в любом месте может остановиться.

Эволюционирующей частью органической жизни является человечество. Если человечество не будет развиваться, это будет означать, что остановится вся эволюция органической жизни, а это, в свою очередь, вызовет остановку роста луча творения.

Но если человечество перестанет развиваться, оно сделается бесполезным с точки зрения тех целей, для которых оно было создано, и, как таковое, может быть уничтожено. Таким образом, прекращение эволюции означает уничтожение человечества.

Мы не обладаем ключами для того, чтобы говорить, в каком периоде эволюции планет мы существуем. Мы не в состоянии этого знать; однако нужно иметь в виду, что число вариантов никогда не бывает бесконечным.

Однако, рассматривая жизнь человечества, как мы её знаем исторически, приходится признать, что человечество движется внутри какого-то круга. В одном столетии оно уничтожает всё то, что создало в другом; и прогресс в области механических вещей за последний век был достигнут за счёт потери многих других, гораздо более важных вещей.

Вообще говоря, есть все основания думать и утверждать, что человечество пребывает в застое, а отсюда — прямая дорога к падению и вырождению.

Застой означает, что процесс находится в состоянии равновесия. Появление какого-то одного свойства сейчас же вызывает появление другого, ему противоположного. Рост знания в одной области приводит к росту невежества в другой; утончённости в одной сфере противостоит вульгарность в другой; свобода в одном отношении порождает рабство в другом; исчезновение одних суеверий сопровождает появление и рост других — и так далее.

Процесс, находящийся в равновесии и протекающий определённым образом, нельзя изменить в любой момент, когда нам этого хочется. Изменить его и направить по новому пути можно лишь на «перекрёстках». В промежутках между «перекрёстками» сделать ничего нельзя.

Но если процесс проходит «перекрёсток» и ничего не происходит, это значит, что ничего не сделано; и в этом случае не удастся сделать и впоследствии, так что процесс будет продолжаться и развиваться согласно механическим законам; и даже если люди, принимающие участие в этом процессе, будут предвидеть неизбежную гибель всего, они ничего не смогут сделать.

Повторяю, сделать нечто можно только в определённые моменты, которые я только что назвал «перекрёстками», и которые в октаве мы называем «интервалами».

Процесс эволюции, той эволюции, которая возможна для человечества в целом, совершенно аналогичен процессу эволюции, возможной для индивидуального человека. И начинается она с того же, а именно: некоторая группа клеток постепенно становится сознательной, а затем привлекает к себе другие клетки, подчиняет их и мало-помалу заставляет весь организм служить своим целям, а не просто еде, питью и сну.

В человечестве, как и в отдельном человеке, всё начинается с формирования сознательного ядра. Все механические силы жизни сопротивляются формированию этого сознательного ядра в человеке, подобно тому, как в человеке все механические привычки, вкусы и слабости сражаются против сознательного вспоминания себя.

«Можно ли сказать, что существует сознательная сила, которая борется с эволюцией человечества?», — спросил Успенский.

«С известной точки зрения, можно», — ответил Гурджиев.

«Откуда происходит эта сила?», — спросил Успенский.

Есть два процесса, которые иногда называют «эволюционным» и «инволюционным». Различие между ними следующее: инволюционный процесс начинается сознательно в Абсолютном: но уже на следующей ступени становится механичным, и по мере его развития механичность возрастает. Эволюционный же процесс начинается полусознательно: однако по мере развития становится всё более и более сознательным.

Но в некоторые моменты инволюционного процесса могут возникнуть сознание и сознательность, противодействующие процессу эволюции.

Откуда берётся это сознание?

Конечно, из эволюционного процесса. Эволюционный процесс должен протекать без помех. Любая остановка вызывает отрыв от основного процесса. Такие отдельные обрывки сознания, которые остановились в своём развитии, могут объединяться и, во всяком случае, некоторое время жить и бороться с эволюционным процессом. В конце концов, всё это делает эволюционный процесс более интересным.

Вместо борьбы с механическими силами, в определённые моменты может возникнуть борьба с сознательным противодействием могущественных сил, хотя, конечно, их нельзя сравнить с теми силами, которые направляют эволюционный процесс.

Эти противодействующие силы могут иногда даже победить,

и вот по какой причине: силы, руководящие эволюцией, обладают более ограниченным выбором средств; они могут использовать только некоторые средства и методы. А противодействующие силы не ограничены в выборе средств и могут воспользоваться любыми способами, в том числе такими, которые приводят к временному успеху, а в конечном итоге уничтожают в данном пункте как эволюцию, так и инволюцию.

Можем ли мы, например, сказать, что жизнь управляется группой сознательных людей? Где они? И кто они?

Мы видим как раз обратное; жизнью управляют наименее сознательные люди, такие люди, которые глубже всех погружены в сон.

Можем ли мы сказать, что наблюдаем в жизни преобладание самых лучших, самых сильных и самых храбрых?

Ничего подобного! Наоборот, мы видим преобладание всех видов вульгарности и глупости.

Можем ли мы сказать, что в жизни наблюдается стремление к единству, к единению?

Конечно, нет. Мы видим лишь новые разделения, новую вражду, новое непонимание.

Таким образом, в нынешнем положении человечества нет ничего, что указывало бы на протекающую эволюцию.

Напротив, сравнивая человечество с человеком, мы обнаружим рост личности за счёт роста сущности, т. е. рост искусственного, нереального, чуждого за счёт естественного, реального, собственного.

Вместе с этим, мы наблюдаем нарастание автоматичности.

Для современной культуры требуются автоматы. И люди явно утрачивают приобретённые ими привычки к независимости, превращаются в автоматы, в части машины.

Невозможно сказать, где конец всему этому, где выход, есть ли вообще выход. Одно не вызывает сомнений: рабство человека возрастает и усиливается. Человек делается добровольным рабом. Он более не нуждается в цепях, он начинает любить своё рабство и гордиться им. И это — самое страшное, что может с ним произойти. (Успенский, В поисках чудесного, 1949)

Карлос Кастанеда ставит проблему по-другому:

Ты благодаря лишь собственным усилиям достиг того, что шаманы древней Мексики называли вопросом вопросов… Я окольными путями подводил тебя к тому, что нечто держит нас в плену. Разумеется, мы пленники! Для магов древней Мексики это было энергетическим фактом. <…> Они взяли верх, потому что мы для них пища, и они безжалостно подавляют нас, поддерживая своё существование. Ну, вроде того, как мы разводим цыплят в курятнике, они разводят людей в «человечниках». Таким образом, они всегда имеют пищу.

— Я хочу воззвать к твоему аналитическому уму, — сказал дон Хуан. — Задумайся на мгновение и скажи, как ты можешь объяснить противоречие между образованностью инженера и глупостью его убеждений и противоречивостью его поведения. Маги верят, что нашу систему убеждений, наши представления о добре и зле, нравы нашего общества дали нам хищники. Именно они породили наши надежды, ожидания и мечты по поводу успехов и неудач. Им мы обязаны алчностью и трусостью. Именно хищники сделали нас самодовольными, косными и эгоцентричными…

Чтобы держать нас в кротости и покорности, они прибегли к изумительному манёвру — разумеется, изумительному с точки зрения воина-стратега. С точки же зрения того, против кого он направлен, этот манёвр ужасен. Они дали нам свой разум! Ты слышишь? Хищники дали нам свой разум, ставший нашим разумом. Разум хищника изощрён, противоречив, замкнут и переполнен страхом того, что в любую минуту может быть раскрыт.

Через посредство разума, который в конечном счёте является их разумом, они вносят в жизнь человека то, что удобно хищникам. (Кастанеда, Огонь изнутри, 1998)

Это, конечно, возвращает нас к рассказу Гурджиева о злом маге, который мы уже обсуждали. Особое внимание следует уделить следующему высказыванию Гурджиева:

Эволюционирующей частью органической жизни является человечество. Если человечество не будет развиваться, это будет означать, что остановится вся эволюция органической жизни, а это, в свою очередь, вызовет остановку роста луча творения.

Но если человечество перестанет развиваться, оно сделается бесполезным с точки зрения тех целей, для которых оно было создано, и, как таковое, может быть уничтожено. Таким образом, прекращение эволюции означает уничтожение человечества.

Короче говоря, исходя из объективной оценки окружающего мира, мы находимся в большой беде. В другом месте Гурджиев делает довольно жуткое замечание:

— Существует определённый период, — сказал он, — для того, чтобы сделать известную попытку, некоторую вещь. Если к какому-то времени то, что должно быть сделано, не будет сделано. Земля может погибнуть, не достигнув того, чего она могла бы достичь.

— А известен ли этот период? — опять спросил я.

— Известен, — ответил Гурджиев, — но людям знать его бесполезно. Это было бы даже хуже. Одни поверили бы, другие нет, третьи потребовали бы доказательств. Затем принялись бы разбивать друг другу головы. Ведь у людей всё кончается этим.

Гурджиев делал и другие намёки на это, хотя я думаю, что он знал не все детали, так как его собственная работа была работой того, кто подготавливает почву и сажает семена, что имеет решающее значение для нас сегодня, учитывая миссию кассиопеян. В следующем отрывке Гурджиев снова возвращается к теме эволюции, которая, как он указал, остановилась в человечестве.

Всё сказанное относится к человечеству в целом. Но, как я указывал раньше, эволюция человечества может происходить только благодаря эволюции некоторой группы, которая поведёт за собой остальное человечество, повлияет на него.

Можно ли сказать, что такая группа существует? Пожалуй, да, на основании некоторых признаков: но пока нам приходится признать, что это очень небольшая группа, недостаточная для того, чтобы подчинить остальную часть человечества. Или, с другой точки зрения, можно сказать, что человечество пребывает в таком состоянии, когда оно неспособно принять руководство сознательной группы.

— Сколько человек в этой сознательной группе? — спросил кто-то.

— Только они сами знают это, — сказал Гурджиев.

— Значит ли это, что все они знают друг друга? — спросил тот же человек.

— А как же иначе? — спросил Гурджиев.

— Вообразите, что среди толпы спящих двое или трое бодрствуют. Конечно, они узнают друг друга. А те, кто спят, не смогут их узнать. Сколько их? Мы не знаем и не сможем узнать, пока не станем такими, как они.

Раньше было ясно сказано, что каждый человек видит на уровне своего бытия. Однако двести сознательных людей, если бы они нашли это необходимым и законным, могли бы изменить всю жизнь на Земле. Но или их ещё мало, или они не хотят этого, или для этого не пришло время: а может быть и так, что другие люди спят слишком крепко.(Успенский, В поисках чудесного, 1949)

Гурджиев был прав, что время ещё не пришло. Наблюдения и исследования показывают, что в настоящее время человечество достигло великого исторического перекрёстка. Мы подошли к концу двухтысячелетней истории нетерпимости, жестокости и глупости, породившей наше нынешнее состояние глобального коллективного безумия. Человечество, как коллективное целое, приходит в состояние коллективного духовного банкротства, или «смерти». И всё же мы не можем считать это бессмысленным.

Те, кто знаком с принципами электричества, поймут, что я имею в виду, когда скажу, что нынешнее глобальное состояние мира обусловлено именно тем, как действует природа, и основано на достаточно большой контактной разности потенциалов, способствующей притоку энергии космического света. Но точно так же, как и в случае отдельного человека, когда достигается эта точка — беспросветная ночь в нашей душе — пред нами предстаёт очевидный выбор: душе предлагается путь «вверх» или «вниз». Для позитивного действия этого притока энергии и создания новой реальности свободной воли и равновесия должна существовать точка соприкосновения, способная проводить эту энергию. Должны существовать человеческие «микрочипы» или «схемы», способные поддерживать эту энергию, иначе всё человечество погибнет. Это означает, что только развитие человека определённого рода — с определённой, так сказать, проводкой — приведёт к формированию глобальной способности противостоять энергии этого перекрёстка.

Единственный другой поворотный момент в истории, который можно сравнить с нынешним, это Великий потоп. Таким образом, мы приходим к мысли, что поиски Святого Грааля и алхимическая работа по получению философского камня — это тоже строительство ковчега для перехода в новый мир.

Это работа Четвёртого пути кассиопеян.

Учитывая всё это, давайте вернёмся к определению свободной воли Канта.

Кант определял свободную волю как способность инициировать новый причинный ряд. Для Канта свобода — это независимость от влияния мотивов, характера и внешних причин. Это больше, чем просто способность выбирать. Свобода — это власть осуществлять волю, как указывает разум, быть первопричиной событий, независимо от физических ограничений.

Это означает возможность свободного выбора по крайней мере между двумя альтернативами. Это означает, что эти (как минимум две) альтернативы не должны оцениваться в соответствии с присущими им свойствами. То есть не должно быть ничего, что заставляло бы выбирающего выбирать одну альтернативу вместо другой. На самом деле, кажется, что выбор обладает большей силой, если он сделан в акте глубокой и чистой веры, вопреки всему тому, что очевидно в материальном плане.

Свобода, определяемая таким образом, отражает суть выбора между служением себе и служением другим. Таким образом, быть свободным означает способность видеть своим разумом все или большинство влияний, навязываемых нам многими силами, действующими в нашем окружении, и затем делать выбор, основываясь на знании этих сил и независимо от них.

Наши физические тела — это феномены, подчинённые естественной причинности третьей плотности, потому что мы часть мира третьей плотности и подчиняемся его законам. Наши действия, основанные только на интерпретациях третьей плотности, подчиняются той же самой эмпирической причинности третьей плотности, и поскольку причинные ряды непрерывны во времени (каждое событие имеет предшествующую причину, которая является следствием другой предшествующей причины), у нас нет свободы на этом уровне явлений.

Вся совокупность возможностей четвёртой плотности скрыта от нас и оставляет нам не больше свободы, чем свободу каузально простых поведенческих теорий стимулов-реакций. Наши действия являются результатом причинно-следственных процессов, которые задуманы и контролируются в четвёртой плотности или на ноуменальном уровне реальности. Свобода невозможна на третьем уровне плотности до тех пор, пока мы не получим доступ к причинно-следственному уровню четвёртой плотности, начав видеть за пределами очевидных подсказок третьей плотности. Лишь когда мы увидим истинное поле возможностей, мы сможем делать выбор касательно нашей ориентации. Но выбор ориентации, по-видимому, имеет далеко идущие последствия с точки зрения эмпирического опыта третьей плотности.

Это означает, что до тех пор, пока мы не предпримем дисциплинированных усилий по расширению нашего восприятия, у нас, по-видимому, будет мало свободы для изменения нашего поведения. Чем больше мы осознаем ноуменальную или причинно-следственную сферу, тем больше свободной воли мы можем иметь. И это потому, что благодаря этому мы преодолеваем подавляющий эффект материи и разума Хищника, а также усиливаем нашу поляризацию.

То, что может, могло бы или должно быть, — это идеи, с которыми можно иметь дело с помощью разума, даже при отсутствии в реальности их видимых проявлений. И именно здесь в игру вступает ум — сознание, осознание — как дисциплинированное усилие визуализировать то, чего (видимо) не существовало и (видимо) не существует, но что должно существовать в силу того факта, что мы можем это представить.

В самом глубоком смысле разум — это нечто большее, чем область возможностей; это также область возможных эмпирических миров, аналитических конструкций, альтернативных концепций и потенциальных рамок именно для этих состояний опыта. Потому что мы можем думать о вещах, которые никогда не испытывали ни одним из наших органов чувств, и понимать, что разум, используя знание и осознание, может быть независимым от «реального мира».

Следовательно, возможно также, что разум, поддерживаемый знанием и осознанием и сопровождаемый выбором, имеет причинно-следственную связь с явлениями.

Другими словами, если ваше знание и осознание реальности приводят вас к заключению, что реальность контролируется, и вы не свободны в ней, вы всё же можете развить или постичь идею мира, который не контролируется и тем самым неограничен. Вы можете сделать глубокий и осознанный выбор в пользу ориентации на такой возможный мир. Этот выбор ориентации станет затем вашей связью с мыслительным центром. И чем сильнее ваша связь с мыслительным центром в каузальной сфере, тем больше она будет проявляться в вашей реальности.

Канта занимал лишь вопрос, может ли действие быть одновременно каузально необходимым и свободным. Его ответ — да, если мы осознаём. Кант также утверждает, что это возможно потому, что мы одновременно можем иметь две различные точки зрения об одном и том же действии.

Свобода в понимании Канта даёт нам силу создавать новый мир, переделывать старый, изменять себя и исправлять свои недостатки с помощью осознания, что переводит наш выбор в совершенно иную категорию. Мы можем рассматривать это как обычное действие, решение, которое оказалось в центре нашего внимания из-за сил вокруг нас или других решений в прошлом; и в то же время мы можем осознавать все эти факторы и выбирать с этой позиции осознания в «платонической реальности», совершенно отличной от обычного мира.

Мы можем утверждать, что наличие или отсутствие свободы недоказуемо (Кант утверждает, что «как и почему» нашей возможной свободы непознаваемо). Но если возможность свободы можно постичь разумом, то можно предположить, что она существует. И допустив возможность её существования, мы можем затем принимать решения, основанные на этом предположении, эмпирически наблюдая за результатами.

Разум — это важнейшее понятие в подходе Канта, и именно здесь он приводит решающий довод. Разум отличается от того, что мы можем познать через наши пять чувств, потому что он имеет дело с возможностью, а не с действительностью опыта.

Что я хочу этим сказать? Позвольте мне объяснить это следующим образом. Недавно я получила письмо, автор которого писал о своём отчаянии, когда понял, что высказывания кассиопеян действительно лучше объясняют порядок Вселенной, а также значения переживаний и символов реальности.

Сегодня вечером у нас была… большая ежегодная вечеринка с фейерверками, организованная вместе с радиостанцией… Всё это казалось слишком грандиозным и раскрученным. Множество световых эффектов (некоторые даже зажгли огни в своих домах) и вспыхивающих фейерверков. И всё это транслировалось радиостанцией. Сбежать было невозможно, так как у всех передатчик был настроен на эту радиостанцию. Как бы красиво это ни было, я был подавлен. Всё, что я знал к тому моменту, все эти знания внутри меня, сделали меня неспособным избавиться от страшного чувства отчуждения и отчаяния.

Все эти люди, дети, старики, матери, бабушки и дедушки — все они были обмануты — и я, скорее всего, тоже. Мы как овцы приходим в восторг от серии ярких вспышек, а затем идём зарабатывать ещё больше денег. Чтобы программа продолжалась. Думаю, самым тревожным моментом было, когда я увидел этого по-настоящему замечательного мальчика — пяти, может быть, семи лет. У него было невероятно гладкое лицо, он смотрел на фейерверк и радостно хлопал в ладоши. Жаль, что уже завтра его могут съесть Лиззи. <…> Это слишком тяжело, чтобы справиться с этим в одиночку!

Нас захватят безо всяких проблем. Это наша судьба, и только небольшой процент людей во всём мире будет иметь хоть какое-то представление о том, что происходит, когда небо покраснеет. Остальные сгорят в переполненных церквях. И что я могу сделать?

Ну, не так уж много… это как один из тех пророческих снов — они случаются, и вы ничего не можете изменить. Да, я пытался, но мои действия привели к тому, что этот сон становится явью. Так что в любом случае — делать что-то или нет — это мало что изменит. Не имеет значения, скольким людям я помогаю. Неважно, скольким старушкам я облегчаю жизнь. Неважно, сколько книг я читаю и сколько разгадываю загадок. Всё равно это всё предопределено. Я уже устал отдавать!

И ночь продолжается. Я один, у меня нет никого, кто действительно мог бы меня понять, даже в личном разговоре. Со всеми людьми, которых я когда-либо встречал (а их было тысячи), было что-то не так. Никакое количество безусловной любви не могло бы сделать их нормальными. У меня заканчиваются идеи (может быть, это со мной что-то не так). Я устал бороться, спрашивать, прощупывать, наблюдать, не имея возможности делиться должным образом. Это обречённое существование, и я здесь, чтобы это наблюдать. Что случилось с любовью, состраданием и пониманием? Куда делась внутренняя красота? Закончатся ли когда-нибудь все эти препирательства? Хватит уже! [Имя читателя не разглашается в целях конфиденциальности]

Действительно! И как страстно красноречиво. Мне это знакомо, я была уже на этом этапе, и не один раз. Моё сердце обливалось кровью из-за него. И что ещё хуже: видеть всё это в таком юном возрасте, когда вся жизнь ещё впереди? Или как женщина в зрелом возрасте с пятью детьми, отдавшая им большую часть своей жизни? Увидеть не только то, что вы лгали себе, веря в ложь и обман, но и то, что вы передали ту же ложь самым любимым людям? Что делать при осознании, что большую часть своей жизни вы отдавали свою свободную волю, и в то же время отнимали свободную волю у тех, кто вам дорог? И что ещё ужаснее, что делать, когда вы поймёте, что всё это было сделано во имя любви?

Есть ли свет в конце этого туннеля? Существует ли «Меккский бальзам»?

Да, я много раз испытывала то, что так хорошо описал автор этого письма. И только в последние несколько лет я смогла увидеть, что это было: серия посвящений. Шаг за шагом меня вели через один уровень за другим, удаляя все мои убеждения и ожидания, пока у меня не осталось больше иллюзий, в которых я могла бы спрятаться. И то, чему меня учила Вселенная, было самым глубоким и необходимым — она учила меня обо мне самой.

Когда последняя иллюзия была удалена, и у меня не осталось ничего, кроме скелета моего существа, я достигла того, что Кафка описывает как «Von einem gewissen Punkt gibt es keine Rückkehr mehr. Dieser Punkt ist zu erreichen». Есть точка невозврата. Эта точка должна быть достигнута.

Когда вас лишили всех иллюзий, когда вам больше не во что верить, там не осталось никого, кроме вас самих. Это было похоже на бесконечное падение в ледяное, чёрное, бессмысленное пространство. Я больше не могла видеть ничего из того, во что я когда-либо верила — ни рифмы, ни разума, ни правды, ни красоты. Я очистила себя от слоёв всех тёплых, пушистых, утешительных убеждений и обнаружила, что всё это было ложью, обманом, маской для кормления и манипуляции. И, поверив этой лжи, я приняла участие в кормлении и манипулировании до такой степени, что моё горе и сожаления превратились в океан, в котором я теперь тонула. Неудивительно, что мы сопротивляемся отказу от наших убеждений. Ведь без них нам придётся смотреть правде в глаза. И как бы сильно мы ни думали, что мы любящие, заботливые, дающие существа, видя истину, а также то, что большинство наших идей о любви, заботе и бытие были продуктом манипуляций, чтобы лишить нас свободной воли, и чтобы мы затем передали эту инфекцию тем, кого любим больше всего, это всё равно, что заглянуть в преисподнюю.

И когда вы заглядываете в преисподнюю и осознаёте, что кормили эту чёрную и кровавую, сосущую и зияющую пасть, только и ждущую, чтобы вас проглотить, и что вы научили тех, кого любите, кормить её тоже; ужаса осознания этого достаточно, чтобы свести вас с ума от горя и отчаяния. И вы ищете в этом какой-то смысл, маленькую точку просветления, но света нигде нет — ни одной единственной свечи, чтобы рассеять тьму.

Но во время падения в это тёмное, пустое пространство, внутри вас начинает что-то формироваться. Вначале это что-то очень мало, но всё же привлекает ваше внимание. И поскольку это единственное, что выделяется в пожирающей и поглощающей тьме, вы становитесь прикованными к этому. Поначалу вы даже не уверены в том, что это такое. Но ваше внимание придаёт этому энергию, и оно начинает расти внутри вас.

Вы нашли вашу волю.

И как только вы найдёте свою волю, вы увидите «выбор». Выбор — это функция воли. Там, где есть воля, появляется и выбор. Вы можете выбрать.

Вы видите, что можете выбрать ориентацию своей души.

Эта мысль пришла мне в голову следующим образом: «Хорошо, я нигде не вижу ни света, ни любви, ни правды, ни красоты, и Вселенная может однажды просто исчезнуть, как будто никогда и не существовала. Но это была бы трагедия». Меня охватила такая безысходность, и я почувствовала такую великую жалость и любовь к тому, что могло бы быть — к тем сияющим и возвышенным мечтам в разуме Божьем, которые, возможно, никогда не сбудутся; потому что обман настолько глубок, а реальность настолько чудовищна — кто же может выжить, увидев это? И я ощутила ничтожный вес моей склонности, моего истинного желания быть. Это было не более чем склонностью, предрасположением, предпочтением. Но по мере того, как я отмечала её и сосредотачивалась на ней, она становилась всё более твёрдой и целенаправленной.

И я осознала, что я лишь одно единственное, одинокое, изолированное существо в темноте, и что никогда не может быть кого-либо или чего-либо, существование которого состояло бы из настоящей любви, истины и красоты. Печаль и отчаяние выплеснулись из моей души во тьму, окутавшую меня. Но ответа я не получила. И моё внимание снова было приковано к этой маленькой вещи, растущей внутри меня, начавшей теперь светиться и излучать тепло в этой леденящей душу черноте. Каким-то образом мои мысли помогали ей расти. Мои мысли ориентировали меня на неё. Решимость и непоколебимость начали расцветать во мне. Тогда я поняла, что была связана с неким крупным источником света, и через мою покаянную любовь и страсть к мечте о любви и правде этот свет рос.

И я поняла, что эта тьма была также Богом, творением, существованием.

Катастрофы, несчастья, трагедии, разруха, разрушение, бедствия, страдания, боль, мучения во всех разнообразных проявлениях, которые мы находим в нашем мире, являются выражением идеи несуществования. Я поняла, что идея несуществования существует только как идея, и только потому, что в сфере бесконечных возможностей даже потенциал несуществования существует как небытие. В двух фундаментальных идеях бытия и небытия проявляется всё творение. В акте творения, внезапного выброса творческой энергии; половина сознания Бога сформировалась в отражение этой идеи небытия как части великого опыта. И это отражение небытия есть материя — лишь половина сознания Бога, уснувшая, чтобы предложить себя в качестве глины, из которой сформирован космос.

Я также поняла, что в тот момент засыпания, продолжавшийся вечность, было ощущение потери этой половины Бога, «добровольно» взявшей на себя роль материи, и что это ощущение выражается как отход назад, сжатие внутрь себя. Именно это сжатие в изменяющихся взаимодействиях с излучающим творческим сознанием устанавливает напряжённость поляризации — движущей силы, посредством которой проявляется космос. В терминах третьей плотности этот отход или сжатие есть сущность служения себе; те, кто выбирает этот режим, перерабатываются в спящую материю.

Творческое сознание половины Бога использует материю, образовавшуюся в результате отдачи другой половины Бога, чтобы принять форму для участия в исследовании всех идей в разуме Бога. Это приводит к росту его относительной энергии. Это использование материи для увеличения энергии ощущается спящим сознанием или материей как страх потери себя. Чтобы успокоить этот страх, ориентированное на материю сознание должно ограничивать и сдерживать. Оно должно верить, что грандиозные конструкции иллюзии не только реальны, но и являются всем сущим. Телесность становится эталоном, мерой и объектом почитания. Физическая вселенная становится, по сути, Богом. Это основная динамика всех физических или частично физических реальностей, включая гиперпространственную четвёртую плотность служащих себе.

И я наконец поняла причину существования масок и лабиринтов нашего мира: это «Притча о сеятеле».

И поучал их много притчами, говоря: вот, вышел сеятель сеять; и когда он сеял, иное упало при дороге, и налетели птицы и поклевали то; иное упало на места каменистые, где немного было земли, и скоро взошло, потому что земля была неглубока. Когда же взошло солнце, увяло, и, как не имело корня, засохло; иное упало в терние, и выросло терние и заглушило его; иное упало на добрую землю и принесло плод: одно во сто крат, а другое в шестьдесят, иное же в тридцать. Кто имеет уши слышать, да слышит!

<…> Он сказал им в ответ: для того, что вам дано знать тайны Царствия Небесного, а им не дано, ибо кто имеет, тому дано будет и приумножится, а кто не имеет, у того отнимется и то, что имеет;

ко всякому, слушающему слово о Царствии и не разумеющему, приходит лукавый и похищает посеянное в сердце его — вот кого означает посеянное при дороге. А посеянное на каменистых местах означает того, кто слышит слово и тотчас с радостью принимает его; но не имеет в себе корня и непостоянен: когда настанет скорбь или гонение за слово, тотчас соблазняется; но не имеет в себе корня и непостоянен: когда настанет скорбь или гонение за слово, тотчас соблазняется. А посеянное в тернии означает того, кто слышит слово, но забота века сего и обольщение богатства заглушает слово, и оно бывает бесплодно.

Посеянное же на доброй земле означает слышащего слово и разумеющего, который и бывает плодоносен, так что иной приносит плод во сто крат, иной в шестьдесят, а иной в тридцать. (От Матфея 13:3-23)

Наша реальность замаскирована под среду для роста. И выращиваем мы нашу волю, которая, будучи согласованной с данным мыслительным центром, позволяет ему проявлять свою волю в нашей реальности в той мере, в какой мы находимся в согласовании с ним и можем её усилить. Пребывание в согласии с мыслительными центрами служения другим приводит к росту духовного сознания и понижению спящего сознания материи. Согласование с мыслительными центрами служащих себе, коими мы в настоящее время являемся в результате сложившихся обстоятельств, приводит к росту спящего сознания или самообмана материи и понижению духовного сознания.

Карл фон Эккартсгаузен рассказывает историю о «Пути к храму тайн»:

Храм тайн расположен на высокой горе, и повсюду тернии покрывают путь, ведущий к нему. Непостижимая, таинственная высота горы является причиной того, что многие люди сомневаются в его существовании. Одни считают его Сказкой, другие — старым Мифом, третьи — Истиной.

У входа на узкую тропу стоит Невежество, вместе со своими сёстрами Глупостью и Ленью, и они рассказывают ужасные истории путешественникам, а также об ужасных приключениях, которые им встретятся, если они ступят на эту тропу. Именно так ленивых и боязливых людей можно легко убедить повернуть назад.

Есть несколько человеческих существ, которых невежество тщетно пытается обмануть. Они поднимаются по первой части тернистой крутой тропы, и примерно на полпути вверх по горе они достигают плато, на котором находят храм Себялюбия. Рядом с этим храмом стоит Самомнение, Гордыня и Всезнайство. Они предлагают путешественнику чашу, из которой он большими глотками пьёт своё собственное «Я» и тем самым опьяняется самим собой, своим собственным «Я».

Эти путешественники настолько опьяняются собой, что воображают, будто их храм, храм Себялюбия и есть храм тайн, и над ними нет ничего, кроме пустоты. Надпись на этом храме, храме Себялюбия, гласит: «Святилище мудрости мира».

Желания, страсти и распутство — слуги этих жрецов. Однако те, чьё сердце ищет истину, не найдут в этом никакого удовлетворения и будут продолжать искать.

В нескольких тысячах шагов от этого храма вы найдёте очень уединённую маленькую хижину, в которой живёт отшельник, с надписью над дверью: обитель Смирения.

Человек, живущий здесь, ведёт чужестранцев к обители смирения, которая, в свою очередь, ведёт их к Самопознанию. Эта Божественная красота становится спутницей путешественника, и вместе с ней он покоряет неприступную гору. Тот, кто попытается добраться до храма Тайн без этой Божественной красоты, очень легко может быть введён в заблуждение Себялюбием, и, как следствие, пойдёт по неправильному пути. Его тяга к знаниям приведёт его в храм Любопытства. Обитатели этого храма — мошенники, обольстители и обманщики, основатели большинства тайных обществ, а также люди, которые в поисках истины и храма Тайн присоединятся к ним, будут лишены способности видеть своей Душой. Затем их ведут на вершину горы, где они падают в пропасть или в лабиринт, в котором они будут ходить кругами целую вечность, не находя Истины.

Одно лишь смирение — лучший проводник; оно ведёт искателя к главному учителю всех тайн. Этот главный учитель — чистая воля.

Эта чистая воля становится другом высшего знания, и они вступают в узы вечного единства.

Знание о действии Вечного света божественности во всех сотворённых существах — это истинная магия в теории;

и получение этого света, или его переход от разума к воле, — истинная магия на практике. (Карл фон Эккартсгаузен, 1788)

Теперь обратите внимание на последовательность выше; те, кто выравнивается с мыслительными центрами служения себе, проявляют невежество, глупость и лень в том смысле, что верят страшным сказкам и ужасным приключениям путешественников, и их легко уговорить повернуть назад. То есть, они убеждены, что знание принесёт им горе. Или что задавать вопросы — это признак «недостатка веры», что в лучшем случае принесёт им осуждение, а в худшем — быстрый билет в ад. Интересно сравнение этой аналогии с Притчей о талантах, в которой раб из страха закопал свои деньги и был выброшен во внешнюю тьму, — особенно если рассмотреть конечный результат ориентации на служение себе, заключающийся в переработке в первичную материю. Я предполагаю, что таких людей поедают довольно быстро, так же как и семена, упавшие на обочину, были немедленно съедены птицами в «Притче о сеятеле».

Далее у нас есть ещё один класс ориентации на служение себе. Их не так легко сбить с толку тактикой террора, поэтому для них создаются специальные уловки. Они действительно достигают «плато», на котором находят храм Себялюбия. «Рядом с этим храмом стоит Самомнение, Гордыня и Всезнайство. Они предлагают путешественнику чашу, из которой он большими глотками пьёт своё собственное «Я» и тем самым опьяняется самим собой, своим собственным «Я»». Мы видим, что именно они достигают более высоких уровней ориентации на служение себе. Ключ к этой аналогии заключается в том, что они настолько опьянены собой, что воображают, будто их храм, храм Себялюбия, и есть храм Тайн, и над ними нет ничего, кроме пустоты. Это то, что кассиопеяне описали как «максимальный самообман». И, конечно же, именно они распространяют большую часть дезинформации в нашем сегодняшнем мире, потому что одно из того, во что они хотят верить сильнее всего — это то, что они носители мудрости мира!

Фон Эккартсгаузен говорит нам, что «желания, страсти и распутство — слуги этих жрецов». Отсюда мы знаем, что эти индивидуумы могут стоять очень высоко в иерархии системы контроля служащих себе. Для исполнения своей воли они используют «разум Хищника» — саму природу человеческого голода.

В: (Л) Здесь говорится: «В 1979 году в ходе проекта Феникс при поддержке Серых был успешно создан усилитель мозговой активности. Под влиянием наркотиков люди с исключительными психическими или умственными способностями подсоединялись к этому аппарату и держались в состоянии предоргазмического сексуального возбуждения, в котором они были способны создавать своего рода физические формы». Здесь сказано: «Огонь внутри человека, описываемый как страсть, — это тайна, которую можно использовать. Секрет всех вещей заключается в страсти. Страсть делает всё возможным. Эксперименты по усилению мозговой активности в рамках проекта Феникс объясняются усилением мозговых волн. Но, на самом деле, была усилена страсть подопытного. Была усилена его «внутренняя воля»; этот внутренний дух внутри всех нас является нашей движущей силой и проявляется как электрическая энергия. Научись управлять этой силой, и тебя больше никто не сможет контролировать, вся Вселенная станет твоей. Овладей внутренним духом — и ты овладеешь материей.» Прокомментируйте, пожалуйста.

О: «Страсть» не «освобождает» — как раз наоборот!

В: (Л) Но что, если это страсть к знаниям? Что даёт некоторым людям этот внутренний импульс — эффект парового катка, — вселяющий в них решимость добраться до самой сути всех вещей, раскрывая каждый обман, пока не останется ничего, кроме чистой правды? Откуда проистекает это желание?

О: Это не страсть. Это духовный поиск. Просто индивидуум находится на этом этапе цикла обучения. На этом этапе во внутреннем импульсе нет необходимости.

В: (Л) Таким образом, мы находимся там в той или иной степени, потому что нами была достигнута некоторая критическая масса, «катапультирующая» нас в точку, в которой поиск истины просто становится частью нашего бытия? Это определяет параметры нашего существования?

О: Да.

Однако есть люди с некой внутренней тягой к истине. Они просто неспособны принимать что-то другое, кроме истины. Они просто не удовлетворятся, пока не очистят луковицу до самой её сердцевины. Эти люди всецело посвятили себя поиску истины.

Искатель истины продолжает собирать знания так же, как рабы в «Притче о талантах» продолжали вкладывать свои деньги. Беспристрастный сбор знаний неизбежно приводит к смирению. Смирение в сочетании со знанием неизбежно приводит к самопознанию. А самопознание становится спутником, позволяющим нам ориентироваться в эмоциях и иллюзиях, стремящихся отвлечь и ослепить нас! Наконец, самопознание, будучи конечным состоянием смирения, приводит нас к чистой воле.

Заметьте, я не сказала к сильной воле, но лишь к чистой. Воля человека быть — это его естественная частота. И если вы совмещаете волю со знаниями, у вас появляется надежда, что вы сможете применить волю особым образом. Горчичное зерно из библейской притчи символизирует волю. Я повторяю: воля быть, или ориентация, и есть частота.

Применение воли на основе знаний для принятия решений производит частотное резонансное колебание в сознании, которое затем может проявляться в индивидуальном опыте человека весьма специфическим образом, как я попытаюсь объяснить.

Любая система имеет собственную частоту. У человека есть несколько частот. Они относятся к атомной сигнатуре клеточной структуры, частоте эфирного тела и частоте сознания, которое является функцией воли или ориентации.

При записи чистого звука выходной сигнал, обычно направляемый в динамик, можно перенаправить к осциллографу. Таким образом можно видеть производимый звук. Наблюдая за этим, вы увидите колебания звука — волну. Частота определяется как количество гребней волны в заданном промежутке времени. Чем больше количество гребней волны в заданном промежутке времени, тем выше частота. Частота обратно пропорциональна длине волны. Чем выше частота, тем короче волна. (Здесь важно отметить, что при измерении частоты используемая единица времени является произвольной, то есть показатель частоты — это лишь условность).

Частотное резонансное колебание непосредственно связано с так называемыми вынужденными колебаниями. Любая волновая система может возбуждаться силой «извне». Всякий раз, когда система вибрирует под действием периодической силы, результирующее движение называется вынужденным колебанием. Примером может служить бокал, разбивающийся, когда оперная певица берёт нужную ноту.

Вынужденные колебания происходят с частотой движущей силы, а не с собственной частотой системы. Амплитуда реакции зависит от того, как частота возбуждения связана с естественной частотой. Если обе частоты практически идентичны, то даже очень слабая движущая сила может со временем направить в систему достаточно энергии, чтобы придать ей большую амплитуду колебания. Этот эффект называют резонансом.

Каждый из вас, наверное, подталкивал ребёнка на качелях. Вы заметите, что после серии сильных толчков, как только качели раскачаются, вы можете просто стоять рядом с ними и время от времени давать лишь небольшой толчок для сохранения их колебательного движения. Но, как известно каждому родителю, этот толчок должен быть произведён точно в нужный момент. Он должен быть произведён в правильном направлении в тот самый момент, когда качели снова начнут отходить от вас. Толкая качели лишь время от времени, а не с каждым их отходом, вы увидите, что необходимо прикладывать больше усилий для их возвращения на прежнюю высоту, в зависимости от того, сколько движений они совершают, прежде чем вы толкаете их снова. Толкая качели лишь при каждом втором их возвращении, вам придётся применять точно такую же силу в каждом из этих произвольно выбранных интервалов. Эта сила будет кратна силе, которую вы должны были бы применить при каждом возвращении качелей.

Эти интервалы толкания в произвольно выбранных моментах возвращения качелей являются дольными единицами собственной частоты колебания. И, как видно из этого примера, они могут создавать такой же резонанс. Частотное резонансное колебание — это колебание, возникающее в результате толчков.

При продолжении толчков, достаточно длинных верёвках качелей и достаточно храбром ребёнке, обычная серия толчков могла бы в конечном итоге запустить ребёнка в открытый космос!

Таким образом, если толчки не выполняются в нужный момент, если они выполняются нерегулярно с каждым качанием или каждые несколько качаний, если не поддерживать периодичность толчков, качели замедлятся и в конечном итоге остановятся. Вы также заметите, что при неравномерных толчках качели также будут качаться неравномерно. И от вашего внимания уж точно не ускользнёт то, что если вы будете толкать против направления качания, то качели замедлятся. В таком случае вы забираете энергию из системы.

Те же самые принципы применимы и к вынужденным колебаниям любой волны, будь то звуковая волна, радиоволна, световая или некая другая волна. На самом деле можно даже сказать, что свет производится вынужденными колебаниями атомов. Всё в природе — реакция на раздражитель, вынужденные колебания.

Человеческое существо можно рассматривать как серию вынужденных колебаний.

И тут мы подходим к следующей проблеме:

Кроме того, в зависимости от того, насколько близка частота возбуждения к собственной частоте, амплитуда реакции вынужденных колебаний системы также зависит от силы затухания. Чем меньше затухания, тем больше реакция резонанса. Резонансная частота всегда ниже собственной частоты, но приближается очень близко к ней по мере снижения затухания. (Фриман, 1973)

Итак, как мы уже говорили, человеческое существо представляет собой комбинацию частот клеточной структуры, эфирного или генетического тела, а также ориентации сознания. Если эти различные частоты работают как субгармоники определённой фундаментальной частоты, мы говорим, что система находится в гармонии. То есть возникает гармонический частотный резонанс.

Можно также сказать, что, изменяя одну из частот и усиливая её, другие могут быть гармонизированы посредством процесса вынужденного колебания, если собственная частота каждого из этих колебаний является гармоникой или близка к частоте возбуждения.

В то же время изменение каждой из частот может быть вызвано вынужденными колебаниями извне, независимо от того, идёт ли речь о гармонии или нет. То есть если вынужденное колебание не близко к собственной частоте, амплитуда будет меньше.

Человек, в общем, находится под сильным влиянием материи, из которой состоит его тело. Материя — это [конечный] результат служения себе. Это мысль о небытии или спящее сознание Бога. Поэтому, находясь в третьей плотности, человек в значительной степени находится в спящем состоянии. Он находится под влиянием частоты полярности служения себе. Его частотное резонансное колебание — это резонансная частота служения себе, материи или разума Хищника.

Но человек способен изменить свою частоту, приведя её в соответствие с полярностью служения другим, если ему удастся найти в себе ту часть, которая действительно служит другим, и усилить её посредством процесса частотного резонансного колебания, возникающего в результате вынужденного колебания выравнивания с мыслительным центром служения другим. Это может сделать только его воля, и только если она совмещена со знаниями — лишь тогда человек может по-настоящему знать, что представляет собой принятое решение и как претворить его в жизнь. Эти решения подобны толчкам качелей. Если будет достигнута достаточная амплитуда, то все остальные частоты человека также постепенно перейдут в частотное резонансное колебание.

Конечно, этот процесс зависит не только от собственной частоты индивидуума, но и от поглотителей колебаний, установленных для ограничения амплитуды. Чем меньше поглотителей колебаний, тем выше амплитуда, которая может быть достигнута при наименьших затратах энергии.

Мы должны обнаружить и удалить эти поглотители колебаний из наших систем.

Опять же, именно посредством приобретения знаний мы можем постепенно удалять эти поглотители колебаний. Это тяжёлая и болезненная работа. Тем не менее именно благодаря ей мы постепенно приходим к смирению и к самопознанию, что позволяет нам выравнивать нашу волю. Если в момент выбора присутствует собственная частота служения другим, то эта чистая воля становится «другом высшего знания», и они «вступают в узы вечного единства». Благодаря этому человек становится способным соединяться с бесконечным творческим светом, который затем становится генератором вынужденных колебаний, изменяющих частотное резонансное колебание драматичным и меняющим жизнь образом. Это равносильно отказу от своеволия, что способствует проявлению более сильной воли мыслительного центра. Его проявление в повседневной жизни через принимаемые решения становится «толчком» колебания эфирного тела и атомной сигнатуры клеточной структуры, меняющей затем всю реальность.

Когда мы, наконец, достигаем самопознания и смирения, мы осознаём, что именно реализация нашего выбора на этом третьем уровне плотности увеличивает амплитуду нашего частотного резонансного колебания, являющейся на самом деле нашей поляризацией. Эта амплитуда характеризует нашу «зрелость» для продвижения к следующей плотности. По сути, мы выбираем, какую роль будем играть в следующем цикле творения. То, что мы делаем сейчас, определяет наш путь либо к созидательному сознанию, либо к сильно сжимающейся мысли о небытии, засыпающей как первичная материя. Нельзя сказать, что какой-то из обоих образов действий является высокочастотным — они просто различны.

В вибрационной системе масса и константа жёсткости — это определяющие факторы частоты в материальном выражении. Используя принцип «как вверху, так и внизу», мы должны предположить, что подобные конструкции применимы и к духовным частотам. Коэффициент жёсткости — это сила, необходимая для растяжения пружины на произвольную величину. Масса, будучи связанной с материей, в духовном плане аналогична спящему сознанию или невежеству. Это означает, что принципиально невежественная или дремлющая природа ориентации на служение себе приравнивается к большей массе и более высокому коэффициенту жёсткости. Большая масса и высокий коэффициент жёсткости требуют большей силы вынужденных колебаний для создания частотного резонансного колебания, даже если собственная частота очень близка к частоте генератора вынужденных колебаний. Таким образом, поскольку собственная частота людей в большой степени соответствует частоте материи, они более подвержены воздействию вынужденных колебаний полярности служения себе.

Меньшая масса и более низкий коэффициент жёсткости являются результатом применения знаний. Знание — функция сознания, и все знания, действительно являющиеся таковыми, а не предположениями, предрассудками или иллюзиями, способствуют росту сознания.

В: (Л) Мы обсуждали воспоминания и то, как хранятся воспоминания, скажем, прошлых жизней. Это приводит к вопросу о том, какова структура и состав души? Каким образом душа помнит? Как она переносит свои воспоминания из одной жизни в другую, из одного тела в другое, будь то одновременно или последовательно? Каким образом душа «хранит» воспоминания?

О: Это связано с природой атомов. Атомы, наряду с гравитацией, представляют собой пограничную область между материальной и нематериальной сферами. Какие именно теоретические атомные частицы, по-твоему, являются здесь основой?

В: (Л) Как насчёт тахионов?

О: Может быть, нейтроны? Нейтрино.

В: (А) Нейтрино — забавные частицы, потому что они не имеют массы. Но некоторые люди не верят в их существование. Существуют ли они вообще?

О: Хорошо, отбросив всякую осторожность, мы просто скажем «да». [Смех]

В: (Л) Касательно нейтрино и состава души: как воспоминания формируются, удерживаются или изображаются с помощью этих нейтрино?

О: Они содержатся внутри них и выпускаются по мере необходимости.

В: (Л) Воспоминания содержатся в нейтрино?

О: Вроде того.

В: (Л) Они содержатся в паттернах, сформированных нейтрино?

О: Ближе.

В: (Л) То есть, это означает, что если одна «единица сознания», или душа, имеет больше воспоминаний или переживаний, чем другая, то в ней будет больше нейтрино?

О: Нет.

В: (Л) В чём тогда разница?

О: Больше данных на единицу, так сказать.

В: (Л) Означает ли это, что индивидуальное нейтрино, так сказать, само по себе может быть «плотнее» в своих данных?

О: Так сказать.

В: (Л): Изменяет ли эта повышенная плотность данных природу или функцию отдельных нейтрино?

О: Может быть, она меняет функцию осознания, а значит, и окружающей среды.

В: (Л) Единица сознания или душа состоит из определённого количества нейтрино?

О: Количество в данном случае — это не совсем правильное понятие. Скорее ориентация.

В: (Л): Каковы возможные варианты ориентации?

О: Вибрационные частоты.

В: (Л) С изменением плотности данных вибрационные частоты увеличиваются или понижаются?

О: Изменяются; лучше не оценивать количественно.

Заметьте, что природа души изменяется коренным образом не только в результате изменения ориентации базовых единиц, что связано с изменением частот. Этот процесс также зависит от увеличения объёма данных в базовых единицах; вибрационные частоты изменяются с увеличением плотности данных.

Увеличение объёма данных естественным образом изменяет частоту от ориентации на служение себе к частоте, которая ближе к служению другим. Это приводит к уменьшению массы и коэффициента жёсткости. Это означает, что от генератора вынужденных колебаний теперь требуется меньше энергии для создания частотного резонансного колебания.

Вот почему амплитуду легче увеличить с помощью выравнивания на служение другим. Вот почему в четвёртую плотность легче перейти с помощью выравнивания на служение другим. Вот почему все поглотители колебаний и механизмы контроля так плотно удерживаются на месте. Система контроля не хочет, чтобы люди перешли в четвёртую плотность, и именно поэтому они создают убеждения, иллюзии и механизмы контроля, предназначенные для того, чтобы заставить нас делать выбор в пользу служения себе, независимо от того, что мы делаем. До тех пор, пока мы верим лжи, мы ориентированы на служение себе. До тех пор, пока мы ориентированы на служение себе, наша масса и коэффициент жёсткости не позволят нам увеличить нашу амплитуду для перехода в четвёртую плотность.

И это раскрывает ещё один факт. Для перехода в четвёртую плотность по пути служения себе должны быть выполнены несколько условий. Во-первых, в индивидууме должны быть удалены почти все поглотители колебаний служения себе и наклонности к служению другим, чтобы повысить потенциал для усиления.

Во-вторых, собственная частота индивидуума, которая, как мы уже знаем, является функцией выбора, должна быть очень близка к чистой частоте служения себе (почти идентичной ей), чтобы вынужденное колебание от мыслительного центра более высокой плотности вообще имело какой-либо эффект. Это означает, что степень и глубина порочности, злобы, недоброжелательности, вырождения и сокращения должны быть чрезвычайно выраженными в человеке.

О: Мы хотели бы рассмотреть некоторые вещи… Концепция «высшей расы», выдвинутая нацистами, была лишь попыткой служащих себе четвёртой плотности по созданию телесных носителей с правильным частотным резонансным колебанием, которые могли бы заселять души служащих себе четвёртой плотности для обитания в третьей плотности. Это также было «репетицией» событий, запланированных на время, которое вы воспринимаете как ваше будущее.

В: (Л) Вы имеете в виду сильную частоту служащих себе, которая позволила бы им иметь «носитель» в третьей плотности?

О: Верно. Частотное резонансное колебание! Очень важно.

В: (Л) То есть именно поэтому они программируют [сознание] и экспериментируют? И все эти люди вокруг, некоторые из которых думают, что были «запрограммированы» могут быть индивидуумами, настолько повысившими свой уровень злобности, что теперь могут давать [в своём теле] пристанище по-настоящему негативным служащим себе четвёртой плотности? Что-то вроде приходящих душ, только не таких уж приятных?

О: Таких [приходящих душ] пока что не так уж и много, но это было и всё ещё остаётся планом некоторых служащих себе четвёртой плотности.

Мысль о том, какова должна быть интенсивность служения себе в человеке, чтобы он смог перейти в четвёртую плотность служения себе — в чистое зло, в само его сознание — действительно ужасающа. Это как Тед Банди, Альберт Фиш, Эд Гейн и Джеффри Дамер, все вместе взятые и усиленные в геометрической прогрессии! И намного умнее!

Такие существа не будут чувствовать никакого смягчающего эффекта каких-либо частот служения другим на свою частоту служения себе. Они предпримут усилия, чтобы уменьшить или полностью устранить любые остаточные склонности к служению другим, которые могли бы разоблачить их в моменты проявления «слабости» к служению другим. Это действительно страшно, и мы должны помнить об этом.

Такие существа могут действовать любым выбранным ими способом, чтобы обмануть своих жертв и заманить их туда, куда они захотят, без малейших угрызений совести, которые могли бы расстроить или обезоружить их.

К сожалению, сочетание решений служения себе и служения другим не поможет переходу в четвёртую плотность служение себе. Такое сочетание приведёт лишь к тому, что они будут заглушать друг друга, делая усиление одного из них весьма маловероятным. Человек, желающий следовать по пути служения себе с намерением перейти в четвёртую плотность, должен отказаться от любых мыслей о любви или доброте, которые даются ему свободно. Да, они могут состоять в любовных отношениях и вести себя доброжелательно. Но на этом уровне всё это чистая манипуляция с целью овладения или подчинения себе энергий других. И всё же есть те, кого привлекает этот путь.

Однако на более низких плотностях это не является очевидным до тех пор, пока маски не сняты. Глубочайшие последствия этого скрыты за множеством завес. И вполне возможно, что даже обитатели четвёртой и пятой плотностей не всегда осознают, что конечный результат их философий — это разложение. Вот почему существует так много источников более высокой плотности, которые убеждены, что учат любви и свету, истине и красоте, и почему так много людей в третьей плотности обманываются этими учениями. Они верят в эти учения, потому что они вызывают у них «приятные» ощущения или просто потому, что просто «хотят» верить. Эта вера, поддерживаемая несмотря на все эмпирические доказательства обратного, равносильна самообману. Видеть то, что хочется видеть, а не то, что есть, — это максимальный самообман.

Глубочайший смысл принятия желаемого за действительное означает, что те, кто принимает этот взгляд на реальность, не могут видеть, что они не становятся Богом, ассимилируя и контролируя других; они не могут осознать, что результатом этого будет постепенное сокращение и имплозия, растворение в первородной материи и небытии. Негативная иерархия — это пирамидальная пищевая цепочка; вершина этой пирамиды состоит из наиболее стойких выпускников школы негативности, тех, кто, вопреки всем свидетельствам упадка, продолжает цепляться за свои взгляды. Это высший пример самообмана.

И это самый важный момент. Это путь домой, потому что в тот бесконечный момент возвращения тех, кто на пути к свету, возвращаются и те, кто привержен идее о небытии. В вечном, одновременном акте объединения/распределения, который был, есть и всегда будет, энергии тьмы и света навсегда вписываются в их соответствующие роли. Когда вы осознаёте, что это никогда не закончится, что ни один из путей не приведёт вас к «небесам» и «вечному блаженству», забвению или какой-либо из иллюзий, навязанных человечеству, тогда это становится лишь вопросом предпочтения. И это предпочтение — всего лишь склонность, вес которой не превышает веса пёрышка.

И это, мои друзья, было выбором, перед которым я стояла. Возможность служения другим в мире, состоящим из материи, которая по своей природе является служением себе, под контролем существ более высокой плотности, ориентированных на служение себе. Вот где мы находимся. Вот что есть в этом мире.

И понимая, что оба выбора, в конечном счёте, ведут обратно к Богу — хотя на самом деле никакого «обратного пути к Богу» не существует, так как в действительности мы никогда не отделены от него, — мы видим, что стоим здесь перед невзвешенным выбором.

Вот и всё. В этом всё и заключается. Это и есть наш выбор. В любом случае ничто не закончится после единения с Богом, потому что в момент единения с единым всё начинается сначала. Вот что это. Наш выбор состоит в том, чтобы актуализировать то, что внутри нас; выбрать нашу ориентацию и начать открывать для себя способы её усиления.

Конечно, это также означает, что мы должны раскрыть здесь несколько деталей. Например, тот факт, что каждый божий день мы делаем выбор, и каждый из них либо усиливает наше частотное резонансное колебание, либо гасит его. Система контроля хочет погасить все наши решения, так чтобы мы были не в состоянии ни поляризовать, ни увеличивать амплитуду. У них тут свои трюки, и они сделают всё, что в их силах, чтобы всё оставалось как прежде.

Итак, нам нужно разобраться с тем, что на самом деле есть служение другим, а что — служение себе.

Говоря простыми словами, служение другим — это творческий импульс. Это находить удовольствие и удовлетворение в разнообразии и переменах. Это значит служить Богу в других — давать им право быть тем, кем они хотят, право на их собственную свободную волю. Это не значит отдавать им свою энергию, свою любовь или какую-либо часть своей творческой силы при отсутствии добровольного обмена. В обмене между служащими другим все стороны дают свободно всем другим, и поэтому все поддерживаются и растут.

Служение себе — это, на самом глубоком уровне, просто мысль о небытии, проявляющаяся как страх потерять себя в акте творения. Поэтому различия, разнообразие, изменения, спонтанность и все творческие функции внушают страх и должны тщательно контролироваться.

Служение себе естественным образом формирует контролирующую иерархию, где каждый уровень более узок, эксклюзивен и ограничен, чем уровень ниже него. Это процесс поглощения сознательного восприятия и запихивания его в чёрную дыру мысли о небытии в попытке заполнить эту дыру и тем самым успокоить страх, вызванный мыслью о небытии. Однако происходит то, что сознание, подчинённое этой мысли, начинает определяться ею и сжимается до тех пор, пока в конечном итоге не станет первичной материей.

Проблема, с которой мы очень часто сталкиваемся, заключается в том, что стремления людей на третьем уровне плотности — испытывать любовь, свет, истину и красоту, быть едиными в гармонии схожих идей и целей мира и спокойствия, доброты, преданности, уважения и согласия — манипулируются существами, живущими в страхе потерять себя, искажаются и извращаются ими с целью сжатия в однообразие вместо гармоничного разнообразия.

Применительно к людям этот страх потерять себя и потребность стать единым не всегда выражается в явном доминировании или подчинении. Часто это выражается динамикой поглощения других сознаний в единый идеал, узко определяемый человеческими понятиями любви и света. Очень часто идеалы любви и света искажаются таким образом, чтобы подразумевать отрицание свободной воли других делать свой собственный выбор.

На самом деле идея о том, что зло — это бунт, ошибка, с которой нужно покончить, представляет собой искажение, присутствовавшее во всех учениях на протяжении всей истории, заложивших основу для господства и поглощения силами служения себе. С монотеистической точки зрения, плодами идеи «спасения мира» стали многочисленные массовые убийства, совершённые во имя единства и любви. Из-за этой воспринимаемой потребности исправлять, менять или преобразовывать других людей или ситуации, те, чья внутренняя сущность действительно состоит в служении другим, вынуждены приглушать свою собственную частоту служения другим. Если в акте дарения или посылки любви, или в любом другом действии вы отрицаете свободную волю другого человека, вы гасите своё частотное резонансное колебание служения другим.

И помните, что мы не говорим о свободе воли в упрощенческом определении как возможности делать без ограничений то, что вам захочется. Так что мы не говорим о том, чтобы не сажать преступников в тюрьму за нарушение закона. На самом деле, посадить преступника в тюрьму, чтобы он мог полностью пройти свободно выбранный им урок, может быть чистым служением другим. Это старое клише: «взявшись за гуж не говори, что не дюж». Совершая преступление, человек на некоем уровне также выбирает его последствия.

Каждый раз, когда мы принимаем желаемое за действительное, мы поляризуемся на служение себе, потому что принятие желаемого за действительное — это квинтэссенция сконструированной защиты от страха перед небытием. Таким образом, когда мы живём в иллюзиях, мы по умолчанию выбираем быть частью пищевой цепи служения себе.

Иллюзии, в которых мы участвуем, как правило, являются проекциями служащих себе существ из более высоких плотностей и были созданы для генерации негативных энергий поляризации для обитателей третьей плотности с целью подпитки служащих себе существ четвёртой плотности, чтобы они могли продолжать проецировать эти иллюзии. Это приводит к неспособности людей видеть, что действительно представляет собой служение другим. Это в свою очередь мешает им принимать решения характера служения другим, что гасит их частотное резонансное колебание и удерживает их в этом цикле.

Работа по развитию свободной воли заключается в том, чтобы перестать верить лжи. В то же время единственный способ по-настоящему научиться этому — это «пробовать» ложь до тех пор, пока внешние доказательства не станут настолько ясны, что человек будет вынужден принять окончательное решение, продолжать ли верить в эту ложь — несмотря на соответствующие доказательства — или видеть только правду.

Такое решение — это каузальный акт поляризации. Это выбранная ориентация.

Этот выбор делают только те, кто готов; те, кто достиг этой точки в цикле обучения. Никто из нас не может пропустить этот шаг, и никто из нас не может сделать это для других. На самом деле, величайший дар, который мы можем сделать для спасения другого человека, — это полностью предоставить его выбранным им урокам.

И вот, вы предстаёте перед выбором, лицом к лицу с тем, кто вы есть на самом деле, в черноте бездны, и принимаете решение. Я осознала, что касательно любого действия, которое я могла бы совершить в этой реальности, у меня не было никакой свободной воли, кроме моей реакции на него. Я могла лишь выбирать, как мне реагировать. Я могла выбрать свою частоту. Но не более того. Мне пришла в голову следующая мысль:

Я хочу предложить себя как человека, выбравшего быть этим светом, этой любовью, правдой и красотой. Будучи ими, я отдаю их Богу. Я буду стремиться к тому, чтобы, пока я нахожусь на этой богом забытой планете, пока я отделена от моего источника, дрейфуя во тьме, быть настолько полной любви, истины и красоты, насколько мне только удастся.

Меня больше не волновало, сделает ли это меня сочным стейком для системы контроля. Меня не волновало, съедят ли они меня завтра, или даже всех, кого я люблю, и вся Вселенная закончится взрывом, и моё существование будет стёрто навсегда.

Я подумала: каким бы ни был смысл всего этого — даже если бы он полностью отсутствовал, — если бы всё это закончилось и все звёзды погасли, в мозге физической Вселенной осталось бы по крайней мере одно маленькое воспоминание. Воспоминание о том, что человек с любовью откликнулся на право Вселенной быть именно такой, какая она есть, даже если она представляет собой лишь тёмную пасть, пожирающую своих созданий, в том числе и меня, сразу после их рождения. Мой ответ на видение состоял в том, чтобы воспроизводить звук любви, красоты и истины, чтобы они существовали во мне.

Я решила покончить с иллюзией самообмана о жизни во плоти и всех тех способах, которыми мы обманываемся. Наконец я поняла динамику служения себе в третьей плотности. И я поняла, почему всюду, куда бы я ни посмотрела, была тьма. И я поняла, в чём состоял мой выбор. И сделала его. Нет, нет никакой свечи, чтобы осветить темноту, которую я вижу, поэтому единственное решение — это быть своей собственной свечой.

Я решила, что буду искать до последнего вздоха, чтобы узнать, как мне реагировать на жизнь, чтобы делать и быть той истиной и красотой, присущими безусловной любви свободной воли. Даже если бы все мои усилия потерпели неудачу, по крайней мере осталась бы моя реакция как человека, придерживающегося идеала истины, любви и красоты, из самых глубин моей души и перед лицом всех ужасов, с которыми я столкнулась в моих поисках.

Я поняла, что это действительно было единственное, что я должна была дать. И я была готова сделать это. И факт в том, что всё это находилось во мне, даже если в небольшом количестве. Но это всё принадлежало мне. Я выбрала этот ответ как ясный, чистый звук для Бога, полностью осознавая, что, вероятно, ничего не смогу изменить. Я не ожидала, что это что-то изменит; скорее всего, меня очень быстро подавят или проглотят.

И вот, подобно истерзанному и окровавленному солдату на поле боя, когда все против него, как берсеркер, потерявший всяческую заботу о слабости плоти или осознание этой слабости, я поднялась и твёрдо устремила взгляд в центр действия, и пошла в том направлении. И я никогда не оглядывалась назад.

И в это мгновение Вселенная для меня изменилась.

В момент моего выбора я имела дело с возможностью, которая ещё не была действительностью. Невозможно по-настоящему служить другим, находясь в мире служащих себе. Я испытывала большую печаль и боль, потому что, пройдя сквозь эту иллюзию, я не нашла ничего, кроме тьмы.

Начав снимать слои лжи, обмана и иллюзии, я увидела, что настоящую истину и красоту просто невозможно найти в нашей реальности. Нужно было осознать, что дарить любовь кому-то или чему-то с целью изменить их, явно представляло собой осуждение, и что почти вся любовь в нашем мире — это явно манипуляция со скрытой целью, будь то для искупления, или для того, чтобы быть любимым в ответ, или просто для того, чтобы чувствовать себя хорошо — всё то, что питает небытие. Это вызвало во мне такое чувство печали и любви к творению, что в тот момент выбор проявить любовь и истину внутри меня — несмотря на то, что я не могла знать ничего из этого через свои пять чувств и опыт третьей плотности — был выбором сделать возможность реальной.

Посредством своего интеллекта я могла видеть влияния, оказываемые на нас многочисленными силами, действующими в нашем мире, но я сделала выбор несмотря на них. После всех лет снятия пелены, как плоти с моих собственных костей, я могла видеть, что вся великая схема вещей в третьей плотности просто сводилась к выбору меньшего из многих зол. Это была система поглотителей колебаний.

Для меня подобные решения были не выбором, а компромиссом. Но я больше не хотела идти на компромиссы. Можно даже сказать, что я предпочла восстание компромиссу с силами, контролирующими наш мир. Причина и смысл этого выбора были выше этого контроля. Этот выбор был сделан с полным осознанием того, что его эффективное претворение в жизнь может никогда не оказаться возможным.

Другими словами, не было никакого взвешивания возможных решений. Мне снова и снова говорили, что я должна пить воду, а не масло, так как это было единственное рациональное решение, но я отказывалась от этого контроля. Я, по сути, не пила ни того, ни другого, предпочитая дальше искать идеальную «живую воду». И эту воду я смогла найти лишь внутри себя. В моих силах было продолжать творить, а не стремиться к возвращению и забвению.

Иисус сказал ей в ответ: если бы ты знала дар Божий и Кто говорит тебе: дай Мне пить, то ты сама просила бы у Него, и Он дал бы тебе воду живую. <…> А кто будет пить воду, которую Я дам ему, тот не будет жаждать вовек; но вода, которую Я дам ему, сделается в нем источником воды, текущей в жизнь вечную… Но настанет время и настало уже, когда истинные поклонники будут поклоняться Отцу в духе и истине, ибо таких поклонников Отец ищет Себе. Бог есть дух, и поклоняющиеся Ему должны поклоняться в духе и истине. (От Иоанна 4:10-24)

Глубочайшее осознание этого выбора приходит к вам, когда вы понимаете, что самые большие выбранные вами иллюзии заключаются в отношениях с ближайшими людьми. Иисус сказал:

Не думайте, что Я пришёл принести мир на землю; не мир пришёл Я принести, но меч, ибо Я пришёл разделить человека с отцом его, и дочь с матерью её, и невестку со свекровью её. И враги человеку — домашние его. Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня; и кто любит сына или дочь более, нежели Меня, не достоин Меня; и кто не берет креста своего и следует за Мною, тот не достоин Меня. Сберёгший душу свою потеряет её; а потерявший душу свою ради Меня сбережёт её. (От Матфея 10:35-39)

Каждая ситуация или динамика, в которой мы оказываемся, требует от нас реакции. Не реагировать — это, конечно, выбор согласиться с динамикой такой, какая она есть. Это означает, что единственная настоящая реакция, которую мы можем проявить, это быть более полным и сильным — сознательным — по отношению к нашему выбору. Лишь таким образом мы сможем развиться и перейти на следующий, более высокий уровень.

Теперь мы переходим к проблеме того, как это сделать. Я осознала, что это был вопрос усиления полярности. На третьем уровне плотности животная природа в человеке гораздо сильнее его духовной природы. Третья плотность — это точка, в которой происходит процесс разделения. Некоторые последуют за объединением в единство, которое приведёт к «повторному» нисхождению в первичную материю. Другие же станут сознанием, теряющимся в глине творения ради радости познания и опыта. Одни найдут вход во внутренний круг творения, другие низойдут, чтобы стать материей.

И на этой ноте я завершу этот том Волны словами Гурджиева:

Внутренний круг называется «эзотерическим». Он состоит из людей, которые достигли высочайшего уровня развития: каждый из них обладает индивидуальностью в самой полной степени, т. е. неделимым Я, всеми формами сознания, возможными для человека, полным управлением состояниями сознания, всецелым знанием, доступным человеку, свободной и независимой волей.

Они не могут производить действия, противоречащие их пониманию, или обладать пониманием, которое не проявляется в действиях.

Вместе с тем, среди них нет разногласий, нет различий в понимании. Поэтому их деятельность вполне согласована и ведёт к общей цели без всякого принуждения: ибо она основана на одинаковом понимании.

Всё сказанное относится к человечеству в целом. Но, как я указывал раньше, эволюция человечества может происходить только благодаря эволюции некоторой группы, которая поведёт за собой остальное человечество, повлияет на него.

Можно ли сказать, что такая группа существует? Пожалуй, да, на основании некоторых признаков: но пока нам приходится признать, что это очень небольшая группа, недостаточная для того, чтобы подчинить остальную часть человечества. Или, с другой точки зрения, можно сказать, что человечество пребывает в таком состоянии, когда оно неспособно принять руководство сознательной группы.

— Сколько человек в этой сознательной группе? — спросил кто-то.

— Только они сами знают это, — сказал Гурджиев.

— Значит ли это, что все они знают друг друга? — спросил тот же человек.

— А как же иначе? — спросил Гурджиев.

— Вообразите, что среди толпы спящих двое или трое бодрствуют. Конечно, они узнают друг друга. А те, кто спят, не смогут их узнать. Сколько их? Мы не знаем и не сможем узнать, пока не станем такими, как они.

Раньше было ясно сказано, что каждый человек видит на уровне своего бытия. Однако двести сознательных людей, если бы они нашли это необходимым и законным, могли бы изменить всю жизнь на Земле. Но или их ещё мало, или они не хотят этого, или для этого не пришло время: а может быть и так, что другие люди спят слишком крепко.(Успенский, В поисках чудесного, 1949)

(Серия Волна продолжится в четвёртом томе, Through a Glass Darkly…)

 

  1. По моему мнению, древние пути, которые, как утверждал Гурджиев, больше не существуют, на самом деле были «четвёртым путём», как он его описывал, хотя и более «постоянным». ↩
  2. Именно это, несомненно, произошло с работой Гурджиева. ↩

Похожие сообщения:

  • Нет соответствующих должностей